Как научиться учиться полностью

Математический подход, известный как «ментальные счеты»^{20} или «ментальная арифметика», помогает нам понять, что такое «учиться ради смысла».

Чтобы получить представление о том, как работают ментальные счеты, давайте рассмотрим еще одну математическую задачу. Попробуйте сложить эти числа, не используя никаких инструментов. Ни ручки. Ни бумаги. Ни калькулятора. Просто найдите ответ в уме:

86 030

97 586

63 686

38 886

Получилось? Более того, можете ли вы найти решение менее чем за секунду?

У большинства взрослых такое задание просто перегружает мозг. Мы не можем достаточно долго удерживать в уме все эти цифры. Мы пытаемся прибавить шестерку, перенести единицу, не потерять двойку, запомнить семерку и держать в уме пятерку — и наш разум быстро заполняется хаосом цифр, с которым мы ничего не в состоянии сделать. Мы беспомощны и растерянны.

Более важный вопрос — почему нет? Недавно я видел, как старшеклассница Серена Стивенсон очень быстро выдавала ответы на подобные математические примеры.

В тот вечер, когда я познакомился с Сереной, она в свитере с Микки-Маусом сидела за партой в классе, расположенном на первом этаже школы в пригороде Нью-Йорка. Ее инструктор по ментальной арифметике сыпал цифрами, которые взлетали в воздух, как пригоршня монеток —

74 470

70 809

98 402, —

и Стивенсон буквально за секунды складывала их в уме так быстро, как будто просто вспоминала столицы штатов.

Она не работала над примерами так же, как могли бы делать это мы с вами, используя кратковременную память. Вместо этого Серена представляла в уме счеты и затем решала примеры, помогая себе пальцами.

Я некоторое время наблюдал за ней — при каждом новом примере она закрывала глаза и шевелила пальцами правой руки. Движения были быстрыми и точными, она искала ответ, используя те же самые жесты, которыми перебирала бы костяшки на настоящих счетах, хотя их, конечно же, не было перед ней.

Когда я впервые это увидел, мне показалось, что Серена намеренно пытается произвести впечатление, как люди, которые носят галстуки в горошек или произносят «Ван Гог» как «Ван Гох». Но оказалось, что эти движения пальцев — самая суть практики. Без них — и связанных с ними мысленных образов — точность ответов может снизиться более чем наполовину. Психолог из Гарварда Неон Брукс сказала мне: «Если вы помешаете специалисту по ментальной арифметике жестикулировать, его результаты будут ужасными. Он просто не сможет сориентироваться»^{21}.

Это не случайность. Обучение требует активных усилий. Чтобы создать смысл, мы должны отдавать себе отчет, в чем важность каждой крупицы опыта лично для нас. Как мы очень скоро увидим, преимущества метода ментальной арифметики отчасти объясняются связью мозга с телом. В результате его применения эта связь становится более тесной, что создает и другие преимущества в обучении.

Не менее важно и то, что ментальная арифметика требует от людей работы со своими знаниями. Это превращает обучение в активный процесс, реальную деятельность, и огромное количество новых исследований доказывает, что подходы, требующие большей сознательной вовлеченности, — такие, как опросы, объяснения, даже инсценировки, — дают гораздо лучший результат.

В последние годы психолог Рич Мейер много писал об изучении как типе ментальной деятельности. Мейер — ярый пропагандист нового подхода к приобретению знаний и навыков. Этот выходец со Среднего Запада с негромким голосом обычно очень добродушен и никогда не скажет, что кто-то «провалился». Вместо этого он использует оборот типа «ему не вполне удалось достичь образцовых результатов». Мейер считает, что люди изначально не имеют недобрых намерений, а лишь страдают от дурных последствий неверных решений. Его любимый совет — «Не распространяйте негативную энергию»^{22}.

Но когда речь заходит об изучении как форме целенаправленных когнитивных усилий, Мейер превращается в настоящего фанатика. В своей лаборатории в Калифорнийском университете в Санта-Барбаре он раз за разом показывал, что лишь активная работа со знаниями позволяет нам достичь мастерства. «Изучение — это производительная деятельность», — безапелляционно заявил он мне.

Мейер замечательно описывает, как это происходит. Во-первых, мы отбираем информацию, определяя, что именно хотим изучить — скажем, нечто, касающееся советской истории или философии буддизма. Затем мы должны интегрировать новую информацию в уже имеющиеся знания, создать ментальные связи между тем, что мы знаем, и тем, что хотим усвоить.

Так, если вы изучаете биографию советского диктатора Сталина, вам будет нужно связать уже известный факт (то, что Сталин был диктатором) с тем, что вы хотите выучить (например, что Сталин вырос в Грузии), определенным образом, чтобы новая информация имела для вас какой-то смысл.