Да-да. Кабан прочно взял власть в Откормочном в свои руки. Договориться о нейтралитете с ним удалось. Чему немало способствовал блокпост Севера, перерезавший дорогу и нарушивший его коммуникацию со Жмуром. Ну и отряд Немца, в полном составе несущий службу на границе с Откормочным. Кабан, несмотря на свою простоту, глупцом отнюдь не был и ситуацию оценивал довольно зряче. И быковать не стал. Так что мирный договор с Откормочным был-таки подписан. Так что прерванная после моего похищения торговля была возобновлена. К колхозанам снова потёк тонкий ручеёк топлива, мёда, молока вот теперь (хотя тут особого спроса не было, у них и свои коровы были. Немного, правда. Коз-то куда больше.) Начала вновь ездить кинопередвижка. На первый взгляд всё вернулось к прежним отношениям, только с новым лидерам.
Но не всё так радужно. Гвоздь, при всех своих недостатках, был весьма добрым человеком (недаром в самые первые дни Беды он массово спасал самых маленьких) и прекрасным хозяйственником. Кабан ему в этом отношении и в подмётки не годился. Налаженное Гвоздем хозяйство не рухнуло в один момент с его исчезновением, всё-таки запас прочности был солидный, но, со временем, все хирело и хирело без должного присмотра. Наша подпитка колхозан внешним ништяком тоже, вроде как, способствовала укреплению его власти и хозяйства. Но и этого было явно недостаточно! Совершенно недостаточно! Если Гвоздь ночей не спал, занимаясь всем сразу, то Кабан, как ярл викингов, в основном пировал со своей дружиной.
Такая политика не могла не сказаться на взаимоотношениях внутри его анклава. Если его ближники были вполне себе довольны своей новой ролью, то вот простые работяги, да и самые маленькие жители Откормочного были далеко не в восторге от новых порядков. И, потому, поток бегунков от колхозан ко мне не ослабевал. И не направляй я большую их часть к Марго, которая принимала всех, меня бы просто захлестнуло валом беженцев...
Мои размышления прервал телефонный звонок. Да, у меня в кабинете стоял собственный телефон. Несмотря на то, что диспетчерская находилась буквально в том же доме. На первом этаже. Только спуститься. Но нет. Мне выделили отдельный телефон. По статусу положено!
– Да? — поднял я трубку. Диска для набора номеров на аппарате не было. Вся связь шла через диспетчерскую.
– Шиша, тебя вызывает на связь Серый. Срочно. — голос Совы в трубке. Соня сама нередко подменяла своих девчат на дежурстве. Да и вообще, брала на себя самые сложные и насыщенные часы дежурств.
– Вот прям «срочно»? Что там у него случилось? Не в курсе случайно?
– Ммм... Примерно догадываюсь... Мы краем уха слышали его переговоры по рации.
– Ну и что там у него случилось?
– Князь возвращается. И хочет видеть Серого и тебя у себя на совещании.
<p>Глава 35</p>Совещание у Князя происходило в «закрытом режиме». И в ограниченном составе. Кроме самого Князя и меня с Серым присутствовали только секретарь Князя Карина и провинившиеся Кисель с Хрящем. Видать буря над ними уже прогремела ещё до моего появления и они оба сидели смурные и подавленные. В разговор не встревали. Как сидели в уголке, когда я приехал, так оттуда и не вылезали всё время. И даже слова с их стороны я не услышал за все время совещания.
А вот сам Князь мне обрадовался. Когда я зашел к нему в кабинет, он вскочил на ноги, прошёл мне навстречу и обнял, потискав за плечи. Даже как-то не похоже на вечно сдержанного и хитрого Князя. Нет, он, конечно, ко мне и до этого благоволил, это было заметно, но как-то более спокойно. Если даже не с подковыркой какой. Словно испытывал меня всё время. А тут такой пассаж. Как-то это даже настораживало. Уж не нарочно ли это всё вот так напоказ? Чтоб ещё раз побольнее ткнуть носом облажавшихся помощников? Ох, не хотелось бы врагов заводить. А они своего унижения мне точно не простят. Князю-то простят, а вот мне, как свидетелю — уже вряд ли. Или я себя накручиваю напрасно, и у Князя просто прекрасное настроение?
– Очень, очень рад тебя видеть, — Князь всё тряс меня в своих объятьях. — Выздоровел?
– Скорее, встал на ноги, - осторожно ответил я. — До полного выздоровления ещё очень далеко.
– Ну да, ну да, — покивал Юра. — Но и работать, я гляжу, твои травмы тебе не мешают.
– Ну так, а куда деваться? Сам же говоришь: работников мало. Толковых — и того меньше.
– А управленцев и вовсе дефицит, — подхватил Князь. — Но ты меня порадовал. Ничего не скажу, порадовал.
– Чем же это? — якобы удивился я.
– Ну, не кокетничай, — отмахнулся лидер нашего альянса. — Сам знаешь... За молокозавод. За выход на молочную ферму, который не стал зажимать, а со всеми поделился.
