Хотя нет. К Немцу — нельзя. Тут другой случай. Эти просветовцы творили всякое... Даже такое, за что и расстрелять можно было. (у Совы до сих пор, когда она Клюва видит, лицо перекашивает. Да и он взгляд отводит виновато) Но они все это творили ДО того как попали к нам. А тут им уже дали шанс начать всё с чистого листа. И они этим шансом воспользовались. А эти «уголовнички» с чистого листа начали, ещё когда от Гвоздя к нам перебежали. И они свой шанс профукали. С криминала начали. Какая им армия? Армию еще заслужить нужно.
Ну, значит — лесоповал... Тогда к Горынычу. Вот он сидит. Дожидается своей очереди на поговорить со мной. Если кто и способен справиться с уголовниками кроме Немца, так это Добрыня. Самый старший парень в анклаве. Девятнадцать лет. Здоровенный. Даже высоченная Эльба была ниже его на пару сантиметров. А уж разворот плеч, да мышца... Богатырь. Лицо ясное. Прямое. Честное... И, в то же время, он «тёмная лошадка». Чего он хочет? Почему поступает так, как поступает? Явный же лидер. И хозяйственник. Но себе на уме. В Левашово при нём был полный порядок. Поселком железной рукой руководил. Да если бы захотел, он бы запросто Гвоздя в Откормочном подвинуть мог. Но он не хотел. Почему? Очень важный вопрос. Чего он вообще хочет? К чему стремится? Никто не знает.
Впрочем, я не Гвоздь. Я собственного подчиненного опасаться не буду. Если увижу, что он лучше меня с анклавом справится — да я первый ему лидерство уступлю. И головную боль по управлению тоже. Ещё и благодарить буду. Хм... Какая заманчивая идея. Так-то Горыныч единственный, кто действительно мог бы меня заменить! Эльба пока не справляется. Немец — чистый вояка. Макс тоже. Возможно Шаман со временем может вырасти в полноценного лидера, но пока и молод, и вообще... Зелен виноград. Да и он, скорее, всё-таки, по железкам. А вот Добрыню уже сейчас ставь у руля и он потянет. Пусть со сбоями, с траблами, но потянет!
Так может и готовить его на своего зама? (уже смешно. Почти взрослый девятнадцатилетний парень в замах у четырнадцатилетнего сопляка). Так он куда больше пользы принесет. Использовать его по полной (пока Князь не отобрал.) Так ведь не хочет! Ни у Гвоздя не хотел, ни у меня не хочет. Девчонки в мое отсутствие поставили его командовать второй сельхоз-ротой командовать, когда Цыган залетел с этим банным «борделем», он и тянет послушно. И залётчики у него пашут как миленькие. Уборочная в самом разгаре и Добрыня играет основную роль в ней.
С уборочной-то я и начал с ним разговор. Как оказалось, что с продуктами у нас всё вроде нормально, но не так хорошо, как хотелось бы. То, что по весне мы пожадничали и засадили всё что можно — хорошо. Худо-бедно, на прокорм всем хватит. С большим запасом земли засадили. А вот то, что у нас настоящих агрономов... Да что там агрономов, просто деревенских ребят почти нет, это минус. Причём огромный.
Картошки, лука, моркови и свеклы собрали достаточно (кстати, Горыныч первый, кто предложил заводское овощехранилище вновь начинать заполнять. Ну а где ещё хранить-то?) А вот с огурцами, помидорами, капустой и, особенно, зерновыми, посаженными вдоль леса, вышел облом. Нет, что-то собрали, конечно, но получившийся результат не окупал затраченных на него сил. Особенно с зерном пролетели. И земля там не особо подходящая, и посадили не так, и не вовремя, и обрабатывали неправильно. Так что результат закономерен. Ни о каких двадцати центнерах с гектара и речи не шло. Если на семена потратили примерно центнер на гектар, то урожая собрали, дай Бог, четыре.... При этом вымотались все. С таким урожаем не то что об хлебе можно забыть, но и о развитии животноводства. Чем кормить-то животных зимой будем?
– А с огурцами и капустой что не так? — перебил я его, не давая развивать зерновую тему. Зарубочку-то себе поставил, но углубляться пока не стоит.
– Полива не хватило. Вы по весне пожадничали и посадили больше чем нужно. Про запас оно, может, было бы и хорошо, но и огурцы и капуста полив любят. Их каждый день поливать тёплой водичкой нужно. А с этим проблемы возникли. Людей у тебя летом не хватало. Да и само лето выдалось жаркое. Повяло все.
– И что, совсем ничего не собрали?
