Когда Пип немного подрастет, ему придется покинуть нас, чтобы жить среди других пингвинов. Терри настаивает, что мы не можем кормить его вечно и что это было бы неправильно. Он не один из нас, он пингвин. И нам следует позволить ему жить настоящей пингвиньей жизнью. Он должен сам устроиться в жизни, вдали от нас, людей. Через какое-то время вся колония двинется ближе к морю. Адели проводят зиму на паковом льду, там температура воздуха выше, чем на суше. Они отыскивают трещины на льду, где можно ловить рыбу. Это то, чему мы – люди – не можем научить Пипа. Он должен учится вместе со своими соплеменниками.
Я снова переключаюсь на внука. Если как следует изучить лицо Патрика, можно заметить что-то от Джованни в его глазах.
– Признаюсь, мое первое впечатление о тебе было не очень хорошим, – делюсь я. – Меня тогда смутил твой неряшливый вид. Рада заметить, сейчас ты выглядишь намного лучше.
Он кланяется, признавая правдивость моих слов.
– Премного благодарен.
– Но главной проблемой для меня было то, что ты употребляешь наркотики. – Мне хочется узнать, как теперь обстоят дела. – Мне показалось, ты курил марихуану, когда я приехала к тебе в гости. И я подумала, что ты наркозависимый.
Ни разу не заметила его за этим делом с тех пор, как он приехал сюда, но, может быть, он просто решил заниматься этим грязным делом на улице.
Патрик задумывается на мгновение.
– Ну, думаю, можно сказать, что я был наполовину зависимым, если ты понимаешь, что я имею в виду. Но теперь это позади, если тебе интересно. Я вернулся к травке только потому, что… иногда я просто не выдерживаю. В тот момент, когда ты решила появиться в моей жизни, моя девушка только что сбежала с другим парнем и жизнь моя была далеко не сахар, бабуля.
– Ясно. – Я делаю глоток дарджилинга. Я впечатлена. Он заварил его так, как нужно – не слишком крепко, но и не слишком слабо.
Я бросаю взгляд на Терри, которая аккуратно прилаживает браслет на плавнике Пипа, чтобы убедиться, что он крепко застегнут. Она слушает наш разговор вполуха.
– С моего приезда сюда я изменила свое мнение о тех, кто употребляет марихуану, – заявляю я, – благодаря Терри.
Если бы в определенный момент жизни кто-нибудь предложил мне немного травки, я бы, несомненно, воспользовалась возможностью.
– Зависимость – это очень серьезно, но все мы временами бываем слабы. Я, например, жить не могу без хорошего чая.
Патрик ухмыляется.
– Думаю, такая зависимость гораздо лучше моей.
Терри вмешивается в разговор:
– Но разве может зависимость быть хорошей?
– Я начинаю подозревать, что некоторые из них не так уж и плохи, – отвечаю я. – Вот, например, ваша зависимость, Терри.
Она изумленно поднимает брови.
– Какая зависимость?
– Зависимость от пингвинов.
– Ну, этого я отрицать не буду, – признается она. – Пингвины действительно занимают все мои мысли и все мое время.
Терри игриво тянет Пипа за клюв. Мы втроем смотрим на него с бесконечной любовью. Пип поднимает крыло с браслетом и шевелит им, чтобы проверить – работает ли он. Затем, удовлетворившись результатом, он небрежно склоняет голову набок и начинает прихорашиваться.
Терри встает.
– Ну вы только посмотрите. Лучше отведу его в колонию и познакомлю с другими птенцами.
– Уже? Так скоро?
– Я, конечно, верну его домой, но уже и правда пора посмотреть, как он поведет себя с другими особями пингвинов. Мы не должны дать ему вырасти с мыслью, что он человек. И к тому же он уже достаточно вырос, чтобы выйти на настоящую прогулку.
– А мне с вами можно? – спрашивает Патрик и тоже встает.
– Конечно.
Я начинаю вылезать из постели.
– Куда это ты собралась, бабуля?
– Я пойду с вами.
– Конечно же нет! – в один голос говорят Терри и Патрик.
– Оставайтесь здесь, в тепле, – добавляет девушка.
Я начинаю возмущаться, но падаю обратно на кровать. Я пока что физически не способна дойти до колонии, как бы мне того ни хотелось.
Патрик укутывает меня в одеяло, его большие, мягкие руки действуют на меня успокаивающе.
Тянусь рукой к Пипу – он вытягивается и начинает тереться о пальцы.
– Вы ведь как следует присмотрите за ним, правда? – спрашиваю я, переводя взгляд от Патрика к Терри и обратно. – Не давайте ему уходить далеко. Не подпускайте к нему поморников и чаек. Или агрессивных пингвинов. И приведите его домой, как только он проголодается или почувствует себя одиноким и несчастным, понятно?
– Конечно, бабуля.
– И я хочу, чтобы вы принесли его ко мне, как только вернетесь. Даже если вам покажется, что я сплю.
Я не буду спать. Не смогу уснуть от волнения.
– Все будет хорошо, Вероника, – успокаивает меня Терри. – Доверьтесь нам.
Видимо, придется.
Это что – дверь хлопнула? Они вернулись? Я хватаю слуховой аппарат и надеваю его на ухо, выкручивая громкость на максимум.
– …как мама провожает своего ребенка в первый раз в школу.
– Да, это будет непросто.
– Наверное, мне не стоило позволять ей так привязаться.
– Не вини себя. Я знаю бабулю. Она может быть совершенно…
– Приветик! – ору я. – Вы вернулись? Пип с вами?
– О, Вероника, как вы? – кричит Терри в ответ. – Да, мы снимаем ботинки. Через секунду будем у вас. Он…
