Только выгодный брак спасет семью юной Харриет Уорд от разорения. Но где найти подходящего жениха? Может, его стоит выдумать?Однако Харриет совершенно выпускает из головы, что будущего мужа придется представлять не только родным, но и... банкирам.В отчаянии девушка, воспользовавшись случаем, пытается выдать за своего избранника незнакомого джентльмена. Но тот, очарованный «невестой», похоже, намерен довести игру до алтаря и первой брачной ночи!Красавица, запутавшаяся в собственных сетях, вынуждена следовать коварным планам подставного жениха... и пока еще не знает, сколько счастья принесет ей этот обман!
Верить ей? Ха. Да я ее и на десять шагов к себе не подпущу, прежде чем не пересчитаю каждую пуговицу и бусинку на моем платье.
Деньги, или, скорее, их отсутствие, преследовали его. Нет, не потому что ему их не хватало, напротив, он как раз был весьма состоятельным человеком. А вот бедность его собеседника превратилась для него в настоящую головную боль.
Чейз Сент-Джон достал из кармана свернутую пачку банкнот и слегка подтолкнул ее к сидящему напротив человеку.
– Вот. Как ты заказывал.
Гарри Эннесли быстро накрыл деньги ладонью, однако сразу забрать банкноты не решился.
– Ты же понимаешь, как мне неприятно это делать. Если бы только адвокат отца смог найти способ, как разморозить мой счет, мне не пришлось бы просить тебя о помощи. – Эннесли изобразил на лице смущенную улыбку и пожал плечами, словно говоря, что сам он никоим образом не смог бы выпутаться из сложившейся ситуации.
Было время, когда Чейз поверил бы в убедительную ложь своего друга и, движимый сочувствием, стал бы убеждать его принять деньги; но те времена уже давно прошли.
Рука Чейза потянулась за банкнотами.
– Ну, если тебе не нужны деньги, тогда...
Эннесли нервно сжал лежащие на столе купюры.
– Да... – Чейз откинулся на спинку стула, – вот и ответ. По-моему, здесь все ясно и без слов.
Напускная веселость исчезла с лица Эннесли; быстро собрав банкноты, он засунул их в карман.
– Ты сам предложил мне эти деньги.
– Я всегда так делаю, а ты постоянно просишь еще. Кажется, это у нас уже вошло в дурную привычку, и, следовательно, пора положить этому конец.
Губы Эннесли снова тронула улыбка!
– Мы прошли вместе через многое, и о некоторых вещах люди даже не догадываются...
Это была угроза – такая же подлая и низкая, как и сам человек, из чьих уст она прозвучала. Тем не менее Чейзу удалось не показать своего разочарования.
– Надо отдать тебе должное: ты чертовски хороший актер. Когда-то я считал тебя настоящим другом.
– С тех пор ничего не изменилось.
– Нет, изменилось. Теперь ты дружишь с моим банковским счетом, а не со мной.
Лицо Эннесли скривилось в недовольной гримасе.
– Я не знаю, что на тебя сегодня нашло. Может, ты считаешь, что я злоупотребляю твоей дружбой? Тебе это показалось.
– Нет, мне ничего не кажется, – беззлобно ответил Чейз. – Я просто знаю. Знаю, кто ты и что ты.
Глаза Чейза внимательно смотрели на собеседника, однако Эннесли выдержал его взгляд.
Беседа бывших друзей проходила в роскошной обстановке одного из самых респектабельных мужских клубов под названием «Уайте». Столы из красного дерева в окружении кожаных кресел, приглушенный гул голосов и тихий звон серебра добавляли царившей здесь атмосфере ощущение нереальности. Чейз долго гадал, какой идиот согласился оплатить Эннесли членство в таком клубе, однако потом решил, что в конечном счете ему на это наплевать.
– Прошлой ночью я принял решение. Точка, с меня хватит. В следующий раз, когда тебе понадобятся деньги, ищи их в другом месте.
– Что ты имеешь в виду?
– Я уезжаю из Лондона. Навсегда.
– Уезжаешь? Но уже через неделю начнется сезон!
– Мне все равно. Я не просто уезжаю из Лондона – я покидаю Англию. – Чейз придвинулся к столу и подписал счет, оставленный официантом еще до того, как приехал Эннесли. – Пока еще не знаю, куда поеду: возможно, в Италию, а может быть, и нет.
– В Италию? Что за глупые фантазии! Италия в сотнях миль отсюда, а все, что тебе дорого, находится здесь.
– Италия действительно так далеко, что ты уже больше не сможешь одалживать у меня деньги. Тебе придется найти другую «дойную корову».
Эннесли застыл в своем кресле.
– Ты меня обижаешь.
Бровь Чейза поползла вверх.
– Напротив, – медленно проговорил он и оценивающе поглядел на собеседника, – ты совсем не обижен. Хотя должен бы обидеться, потому что я говорю совершенно серьезно.
В какой-то момент Чейзу показалось, что Эннесли вот-вот набросится на него с кулаками; в глубине души он даже надеялся на такой исход разговора: тогда бы у него появилась возможность избить негодяя до полусмерти.
Увы, у Эннесли даже на это не хватило гордости; однако лицо его побелело от злости.
Чейз ждал, готовый к любому повороту событий, но спустя минуту Эннесли с шумом выдохнул и, скрестив на груди руки, откинулся на кожаную спинку кресла.
– Что произошло, Сент-Джон? С чего это ты так завелся?
Этими простыми словами он признал свое поражение. Во всяком случае, Чейз воспринял их именно таким образом.
– Видишь ли, меня поразила одна вещь: на прошлой неделе, когда я в очередной раз отдал тебе тысячу фунтов, мне пришло в голову сделать кое-какие подсчеты. Оказалось, что только за последние два месяца я «одолжил» тебе пять тысяч. – Взгляд Чейза упал на карман Эннесли. – Теперь уже шесть.
