– Добрый вечер, Томас, – вместо этого сказал Хэтерфилд. – Надеюсь, вы не будете против, если я подвезу вас до дома?
Ничего не попишешь.
Он готов сделать все, что угодно, лишь бы просто видеться с ней.
– Мальчик опять работал допоздна? – спросил сэр Джон. – Хороший паренек. Ему, конечно, не хватает дисциплины, но мозги у него превосходные. Великолепный, острый ум. Желаете шерри?
– Да, пожалуйста.
Сэр Джон повернулся к подносу с напитками.
– Я ценю вашу заботу о Томасе. Этому алмазу нужна хорошая огранка. Чтобы его талант проявился в полной мере.
– Я не думал об этом, – сказал Хэтерфилд, принимая бокал из рук сэра Джона.
– Чепуха, – заявила леди Шарлотта. – Просто мистеру Томасу несказанно повезло, что у него такой высокопоставленный покровитель. Такой истинный и благородный джентльмен, как вы, сэр Джон.
– Вы мне льстите, – ответил сэр Джон и сделал большой глоток шерри.
– Естественно! – радостно воскликнул герцог Сотем. – Конечно, она льстит вам. Такая милая девочка.
– Очень милая, – сказала герцогиня и, взяв леди Шарлотту за руку, крепко сжала ее с напускной нежностью.
Леди Шарлотта скромно опустила глаза и покраснела.
– Вы слишком добры ко мне.
– Мы ведь очень любим тебя, дорогая. Ты умна, очаровательна и красива. Само совершенство. Не правда ли, Хэтерфилд? – И герцогиня мило улыбнулась ему.
Хэтерфилд залпом выпил шерри и взглянул на отца.
– Так и есть.
– С тобой все в порядке, Джеймс? – спросила леди Шарлотта. – Ты сегодня какой-то рассеянный и не похож на себя. Мы привыкли видеть тебя жизнерадостным и энергичным.
– Неужели? Должно быть, из-за холода. – Он подошел к подносу и наполнил свой бокал.
– Холода? Но я не чувствую никакого холода. Может быть, вам нездоровится, ваша светлость?
– Дело не в этом, дорогая, – сказала герцогиня Сотем. – Просто Хэтерфилд слишком увлекся шерри.
– Дорогая мачеха! Мне кажется, даже мирового запаса шерри будет мало.
– Хэтерфилд! Что ты хотел этим сказать, черт подери? – возмутился герцог.
– Он явно не в себе сегодня, – констатировала герцогиня.
– Наверное, он все-таки заболел, – сказала леди Шарлотта. Она встала и, шурша шелковыми юбками, направилась к молодому человеку. – Он же сказал, что ему холодно. Мой бедный Джеймс. – Она подошла к нему сзади и, встав на цыпочки, пощупала холодными, как лед, пальцами его лоб.
Он отбросил ее руку и отошел в сторону.
– Я не болен. Ради всего святого, оставьте вы все меня в покое. Я просто…
– Устали, не так ли?.. – весело прозвенел юный голос с порога, заставив собравшихся вздрогнуть от неожиданности; бедный герцог пролил на себя шерри, и непристойное ругательство, сорвавшееся с его губ, еще долго витало в воздухе.
Мистер Стефан Томас – Стефани – прошел в гостиную с сияющей улыбкой.
– Боюсь, это моя вина. Маркизу пришлось повозиться со мной прошлой ночью. Не стану говорить, чем мы занимались, – сказала девушка, заговорщицки подмигнув, и проследовала мимо нескольких пар удивленных глаз к подносу с напитками, – дабы не шокировать присутствующих здесь дам. – Она доверху наполнила свой бокал шерри и, чокнувшись с Хэтерфилдом, залилась кристально чистым смехом. – Ваше здоровье, сэр.
– Бог мой, – сказал ошарашенный таким поведением герцог Сотем. – Кто это, черт подери?
– Это мой новый клерк, – ответил сэр Джон.
Хэтерфилд смотрел на Стефани, на ее сияющее от радости лицо с нежным румянцем, на тонкие усики, резко выделявшиеся на бархатной коже девушки. Черный смокинг был идеально подогнан по фигуре; белая накрахмаленная блуза ровно лежала на перетянутой груди. Ее каштановые волосы, напомаженные и зачесанные назад, казавшиеся темнее обычного, открывали лоб и высокие скулы, что придавало ее лицу смелое и сильное выражение. Она посмотрела на него своими прекрасными лучистыми глазами, обрамленными удивительно длинными черными ресницами. Глазами, в которых искрился намек на тайну, известную только им двоим. От этого взгляда в ушах у Хэтерфилда зашумело, словно мимо на огромной скорости пронесся ураган, сбивая с ног, унося в заоблачную высь.
Ощущение, знакомое только влюбленному человеку.
Он улыбнулся ей и поставил бокал.
– Ваши светлости, – сказал он, – разрешите вам представить мистера Стефана Томаса, родственника и протеже досточтимого герцога Олимпии, самого умного юношу в Лондоне и, как мне стало известно, будущего колосса адвокатского сословия Англии.
В уютной комнатке Стефани на втором этаже неожиданно раздался осторожный стук в дверь в тот момент, когда она стягивала с себя фрак.
Девушка замерла с поднятыми вверх руками, ибо собиралась развязать шейный платок, и оглядела комнату.
И снова тук-тук-тук. Чуть громче на этот раз.
