— Приятных снов. Поговорим утром, — добавил он, прежде чем оставить меня в покое.
Потребовалось много времени, но, в конце концов, сон все-таки пришёл.
* * *
Следующим утром я проснулась как обычно. Оделась и приготовилась к занятиям йогой, и, расчесывая волосы, вспомнила, что произошло накануне вечером.
Мои глаза снова заслезились.
Я не могла пойти на йогу.
Даже не была уверена, что смогу выйти из дома.
После долгого сна я не думала, что смогу снова свернуться калачиком в постели и уснуть, поэтому отправилась на кухню, чтобы найти свой ноутбук. Я оставила его на столе накануне.
На полпути к кухне мои ноздри раздулись.
Что это за запах?
Бекон?
Зандер всегда встречал меня на утренних занятиях йогой, но обычно приходил туда с минутным запасом, а я — на десять или пятнадцать минут раньше. Он точно никогда не готовил завтрак перед занятиями.
Но, дойдя до кухни, я увидела, что он жарит бекон.
Я остановилась в дверях и уставилась на него.
На мужчине не было ничего, кроме шорт, и он покачивал головой в такт какой-то музыке, переворачивая блин на сковороде рядом с той, на которой лежал бекон.
Почему он был так чертовски великолепен?
И почему готовил завтрак? Иногда он готовил обед или ужин, как и я, но чаще всего мы заказывали еду на дом или покупали сами, чтобы облегчить себе жизнь.
Зандер повернулся, чтобы взять что-то позади себя, и поймал мой взгляд.
Его губы изогнулись в полуулыбке.
— Привет, милая.
— Я не твоя милая.
Его улыбка стала шире.
— Я нашел видео с йогой, чтобы мы смогли позаниматься этим утром. Подумал, что сначала мы можем поесть, ведь мы в любое время можем его включить.
Я ничего на это не ответила.
Что следовало сказать? Спасибо за заботу, хотя ты и не хочешь сделать то единственное, что помогло бы мне почувствовать себя лучше в сложившейся ситуации?
Потому что это было бы очень кстати.
— Садись. Я принесу еду, когда она будет готова.
Я не собиралась вести себя нелепо или грубо, отказываясь от еды, которую он явно приготовил в качестве мирного предложения. Поэтому села за стол и открыла ноутбук, надеясь, что смогу дать понять своей работой, что не заинтересована в мирной беседе.
Я сомневалась, что он передумал за одну ночь так же, как и я.
Вскоре он поставил передо мной тарелку. Пахло невероятно, и я без колебаний принялась за еду. У меня не было полноценного домашнего завтрака с тех пор, как…
Я не собиралась думать о прошлом.
Прошлое было дерьмовым.
Мы ели в тишине, и, к счастью, это не казалось неловким.
Я вернулась к работе, как только закончила, но Зандер прочистил своё горло.
Я неохотно подняла на него глаза.
— Тебе нужна кровь, — сказал он, удивив меня.
Я моргнула.
Я почувствовала голод два дня назад, но он не поднимал эту тему, и я тоже не затрагивала. Обычно именно Зандер заставлял меня пить кровь три раза в неделю.
— Я в порядке, — наконец сказала я.
Его глаза сузились.
— Ты не в порядке.
Я заправила выбившийся локон обратно в прическу и снова посмотрела на экран ноутбука.
— Вообще-то, да.
— Я не позволю тебе снова голодать, Майлз. Ты выпьешь из меня или из пакета с кровью?
Он не собирался отступать.
И как бы мне ни хотелось не залезать в свою теперь уже огромную заначку крови, я не собиралась сидеть у него на коленях и пить. Я не могла позволить себе удовлетворить его желание, после того как он отказался, даже не задумываясь о моей точке зрения на скрепление уз пары.
— Пакет с кровью, — сказала я, заставив себя не отрывать взгляд от экрана ноутбука. — Спасибо за завтрак. Я помою посуду и разморожу кровь, когда закончу с этим. Йогу я сегодня пропущу.
Он тяжело вздохнул, но встал.
И забрал с собой мою тарелку.
— Я мою посуду, — напомнила я ему, когда он включил воду в раковине.
Он меня проигнорировал.
Наверное, я это заслужила.
Через несколько минут он молча поставил передо мной два стакана с кровью, а затем вернулся на кухню.
С неохотой я выпила их один за другим.
После того как я питалась из его вены, кровь из пакета мне уже не нравилась. Она утоляла мою жажду крови, но не более того. Пить её не доставляло никакого удовольствия.
…Именно поэтому я и выбрала этот вариант, но всё же.
Это было отстойно.
Когда я отнесла пустые стаканы в раковину, Зандер позволил мне загрузить посудомоечную машину. Он убрал остальную часть кухни, и, хотя на заднем плане играла его музыка, было всё равно неловко.
Я ненавидела это.
Но не хотела его менять. Он был единственным, кто отказался рассматривать мою идею, даже когда его братья согласились с тем, что это лучший вариант.
Я верила ему, когда он говорил, что нужна ему, но от этого мне не становилось легче. Зандер мог хотеть защитить меня больше, чем кто-либо, и это не помогло проигнорировал мои идеи.
Вскоре мы уже убирали кухню. Зандер вышел во двор, и мой взгляд то и дело останавливался на нём, когда он в одиночестве просматривал видео с йогой. Он установил там проектор и расстелил свой коврик на мягкой зелёной траве в нашем дворе.
