Как попасть в мэры или Попаданка с приданным (СИ) полностью

Зимы не было. Совсем. Ни капельки, то есть ни снежинки. Вокруг была зелень, цветочки вовсю благоухали, пчёлы старательно гудели над ними — летняя идиллия, одним словом. Людей не было ни души. Вот только вчера вокруг были сугробы, минимум по колено, а там, куда трактор сгребал снег, были стихийные горки высотой как раз с девушку. Сейчас же было жарко, как будто это был не январь, а июль.

— Так, без паники, — прошептала самой себе Лена. — Я просто словила странный глюк. Этого не может быть, сейчас зима, а не лето.

Девушка осторожно попятилась назад, а потом шустро шмыгнула в подъезд и захлопнула за собой дверь. Внутри было прохладно, как бывает летом, но в шубе всё равно было жарко. Лене же было не до этого. Несколько раз глубоко вздохнув и медленно выдохнув, она зажмурилась, тряхнула головой, ущипнула себя и только потом рискнула открыть глаза. Подъезд был всё тот же, что радовало. Тогда Лена решила снова выйти на улицу, в надежде, что глюк успел выветриться, вместе с двумя бокалами левого шампанского. Лето никуда не делось. Солнце шпарило, пчёлы жужжали, людей не было. Ни одного.

— А откуда тут пчёлы? — поинтересовалась у кого-то Лена, видимо у ветра, так как больше никого поблизости не было.

Ветер не ответил, но его освежающее дуновение заставило понять, что тут реально жарко.

— Так, ладно, — девушка решила снять шубу, — делаем вид, что верим. Нет, наверное, меня сейчас откачивают после шампанского. Хотя кто меня может откачивать? Значит, я просто в коме, которая закончится весьма печально. Ну, хоть погуляю пока тут.

Девушка взяла шубу в руки, предварительно затолкав в рукав шапку с шарфом, и решила немного пройтись. Мысль вернуть домой и оставить всё там, она отвергла по очень простой причине: боялась, что, вернувшись на улицу, застанет снова зиму. А так можно немножко погулять и тихо офигивать от увиденного. Трудолюбивые пчёлы все также деловито жужжали, и Лена никак не могла понять, что же её в этом смущает.

— А с каких пор у нас на клумбе живут такие пчёлы? — дошло до девушки.

Наконец-то она поняла, что её смущало: насекомые были симпатичные, но раза в два больше тех, кого Лена привыкла видеть. Ещё на прозрачных крыльях были большие чёрные круги с белыми серединками. Девушка сделала пару шагов прочь от клумбы, потом ещё три и только затем отвернулась, чтобы пойти в другую сторону. Было очень непривычно идти по знакомым улочкам и не встретить ни одного человека. А ведь этот дом она знала до последней щербинки: вот там кирпич раскрошился, и они детьми часто записки друг другу передавали. А вот там дерево, где растут очень кислые ранетки. Может, они и не такие уж кислые, если им дать созреть, но дети просто не позволяли этому случиться. И даже когда сама Лена подросла, появлялись другие любители кислых плодов. О да, она выросла в этом районе, а потом родители купили другую квартиру, и им пришлось переехать. В квартире же осталась её бабушка.

А не так давно здоровье престарелой родственницы ухудшилось, и решили провести рокировку. Лена переехала в квартиру бабушки, а та переехала к дочери, Лениной маме, что жила на первом этаже. Да, квартира была, мягко говоря, не новая, однокомнатная, а после выброшенного хлама даже оказалась пустой, но девушку всё устраивало. Всё-таки не пришлось искать себе съёмную, а ведь уже хотелось пожить самостоятельно. Да и до работы отсюда было легко добраться на метро. А вот и оно показалось из-за поворота. Лена шла в сторону знакомого подземного перехода, но с каждым шагом замедлялась всё сильнее. Ещё бы: в паре десятке метров всё было весьма привычно, если не считать сбоя во времени, точнее, сезоне. Но противоположный по диагонали спуск под землю неожиданно заканчивался горами. Такого в её родном городе точно не было: привычный выход, облицованный серым гранитом, упирался в коричневые горы, лишённые какой-либо растительности, что поднимались вверх чуть ли не отвесно.

— Я впала в кому, и тут произошло землетрясение? — Лена боялась сделать лишний шаг, вдруг под ней сейчас разверзнется бездна. — И я — единственный выживший. Но как?

Если девушка считала, что её после лета среди зимы, пчёл и гор больше ничего не сможет удивить, она сильно просчиталась. Неожиданно одна из птиц, что парила в небесах, решила спуститься ниже. И чем ниже она спускалась, тем больше у Лены отвисала челюсть. Птичка оказалась человеком, который обладал белоснежными крыльями. Стоило ему приземлиться, сознание девушки решило уйти в отпуск. Лена рухнула на асфальт, благо шуба, выпавшая из ослабевших рук, помогла смягчить падение.

— Нельзя же себя так истязать. Такая молодая, красивая, ранимая, зачем над собой издеваться?

Лена как будто выныривала из какого-то омута, а рядом с ней приятный голос говорил слова, что никак не хотели обретать смысл. Но в какой-то момент она всё-таки вернулась в реальность окончательно, и неизвестный мужчина это заметил.

— О, пришла в себя. Я так рад. Как себя чувствуешь?