Как повываешь? полностью

— О, привет, — приветствую я его с неловкой улыбкой.

Засовывая книгу под подушку кресла, я перехожу в сидячее положение и заправляю волосы за ухо.

Он поднимает руку, когда я начинаю вставать.

— Не вставайте ради меня. На самом деле, можно я тоже присяду?

Я молча киваю и наблюдаю, как этот крупный мужчина устраивается в кресле напротив, выглядя в нем чересчур массивно.

— Прошу прощения. Я просто хотел спросить, как давно вы проживаете с персоналом замка? — он поправляет пиджак, в глазах мелькает надежда.

Его вопрос сбивает с толку, и я задумываюсь. А действительно, сколько я здесь?

— Почти два месяца, — отвечаю я.

Он откидывается в кресле и достает телефон из кармана брюк. Улыбка растягивается на его лице, а серые глаза блестят от веселья.

— Мило. Я планирую сюрприз для Влада и его новой девушки.

— Обри? — я хмурюсь.

Какой подарок может сделать друзьям самый богатый человек на планете?

— Да. Вы случайно не знаете, когда она приехала? Я пытаюсь устроить для них сюрприз, но никто толком не может сказать, когда они впервые встретились или, во всяком случае, когда она впервые переступила порог замка.

Его выразительное, безупречно красивое лицо скривилось в какой-то странной улыбке — я не могу понять, искренняя она или натянутая. Впрочем, возможно, я ошибаюсь в своих предположениях. Сложно не чувствовать себя сбитой с толку и слегка ошеломленной рядом с человеком, на кончике мизинца которого денег больше, чем на всем моем банковском счете.

Я кладу руку на грудь.

— Оу, это так мило, но она приехала раньше меня. Думаю, где-то на неделю раньше, но мистер О'Дойл наверняка знает точную дату.

Светлые брови Фрэнка сходятся вместе, образуя складки на лбу, пока мужчина ерзает на стуле.

— Вообще-то, я хочу удивить и его тоже. Не знаю, в курсе ли ты, но он и Влад очень близки, можно сказать, как братья.

Я натягиваю улыбку, вспоминая, как впервые зашла на кухню и застала их в тот момент, когда они натирали друг другу спины лосьоном для загара. Да, пожалуй, они очень близки.

— Да. Я тоже так подумала, — отвечаю я неловко, прикрывая смущение натянутым смешком.

— Отлично. Тогда пусть это будет нашим маленьким секретом. Ты случайно не знаешь, были ли еще гости в то время? Не хочу никого упустить.

Я напрягаю память, пытаясь вспомнить, и качаю головой.

— Нет. Я точно помню, что была только Обри. Она приготовила ризотто, которое я тогда нашла в холодильнике.

Мои щеки вспыхивают. Ему плевать на это глупое ризотто, Уитли.

— Большое вам спасибо, мисс Уитт. Было приятно пообщаться.

Фрэнк встает, и мне приходится задирать голову, чтобы посмотреть на него — кажется, он вот-вот заденет люстру. Ладно, может, не совсем, но с моей точки зрения он выглядит как Кинг-Конг, а я рядом с ним словно зубочистка… просто слишком огромный.

— Радa была помочь.

Дверь библиотеки закрывается, и я оседаю в кресле, вздыхая с облегчением, осознав, что у меня еще есть пара часов до того, как нужно будет идти на кухню. Я вытаскиваю книгу из-под подушки и снова пытаюсь погрузиться в чтение, игнорируя мысли о том, чем может сейчас заниматься Коннор. Я издаю стон, когда с очередной страницы в глаза бросаются слова «член» и «узел», пробуждая бурю желания в животе.

После того, как я пытаюсь прочитать одно и то же предложение пять раз, из меня вырывается звук — нечто среднее между хныканьем и рычанием, — и я подношу открытую книгу к лицу. Я откидываюсь на спинку стула, злясь на себя.

Нужно что-то с этим делать.

Глава 21Коннор О'Дойл



Лаешь не на то дерево.

Я рычу на телефон, желая, чтобы Джекилл наконец ответил. Конечно же, этого ублюдка нет на связи именно тогда, когда я испытываю самое странное и сильное влечение к женщине за все свои триста лет.

Я:

Где ты?

Я смотрю на светящийся экран, гадая, что могло его задержать. Напуган до смерти — вот подходящее и точное описание моего текущего состояния. Кожу на предплечьях покалывает при одной мысли о ней, и я начинаю беспокоиться о том, как сильно меня меня сломает, если все пойдет не так.

Шаги гулко раздаются по мраморному полу, пока я торопливо направляюсь в кабинет. Я чувствую, что какая-то связь уже формируется, и понятия не имею, как это остановить. Все признаки на лицо, и эта идея с каждой секундой кажется все менее абсурдной. Но что, если Уитли не примет связь? А еще хуже — что, если она узнает, кто я на самом деле, и сбежит в ужасе?

Моей паре все равно придется узнать правду — я бы не смог этого скрывать, но Уитли совсем не похожа на ту, кто спокойно воспримет что-то странное или паранормальное. Она пугается даже аниматроников в замке.

Я включаю свет, заходя в кабинет и закрывая за собой дверь. Свет озаряет Фрэнка, сидящего за моим столом, уставившись в экран ноутбука.

— Привет, Дойл.

Черт возьми. Последний человек, которого я хотел бы сейчас видеть.

Держу пари, запах Уитли все еще на мне, и судя по тому, как его глаза следят за каждым моим движением, ясно, что он что-то подозревает.