— Административный ресурс! — понимающе покивал я. — Но, с вашего разрешения, я торопиться не буду. Мне как раз неделька и нужна — освоиться!
— Осваивайся, Гоша. Осваивайся! — и ушла, хлопнув дверью.
Нет, все-таки иномирянин-попаданец из меня так себе. Не очень везучий. Ну вот, например, Пруткова. Взрослая, даже возрастная матерая тетка. Конечно, личность интересная, не поспоришь! Но почему бы ей не быть, скажем, двадцатипятилетней сексуальной блондинкой с длинными ногами и третьим размером груди? Вот был бы я главным героем какой-нибудь побасенки — точно так бы и случилось… Но главные герои мир спасают, на худой конец — в приключения ввязываются. А я целых два таких предложения уже проигнорировал и собираюсь идти в это, как бишь его… Управление народного просвещения. Вместо того, чтобы получить шанс поухлестывать за паненками из рода Радзивиллов и ввязаться в аристократические разборки, или там — стяжать славу великого эксперта и сыщика в Сыскном приказе и познакомиться с симпатичными девушками в форме. Дерьмо, а не главный герой. Из идеалистов обычно получаются хорошие главные злодеи, а вот герои — так себе. Про них читать скучно.
Опять же — был бы я настоящим Избранным — точно попал бы в шкуру аристократа, и мне бы лакеи на подносе марципаны, артишоки, ананасов, рябчиков и шампанское приносили. Ну, и булку, французскую, чтоб похрустеть в свое удовольствие… А тут, в этой недохрущевке, еще и еды на кухне нет, придется идти на разведку не евши!
И деньги… Монетками! Ну что за средневековье, право слово! Хотя деньги были интересные: тяжеленькие! Если я не ошибаюсь, изготовленные из благородных металлов. Серебро, золото, может быть — вольфрам… Эти монеты сами по себе были ценными, просто за счет содержания дорогого сырья, с выбитым номиналом и двуглавым орлом! Забавный подход. Наверное, у местных властей для этого имелся конкретный резон — сочетать звонкую монету и электронные платежи.
Не найдя вариантов получше, я сунул мешки с деньгами в рюкзак. Мне нужен был костюм: от милитари-оливы следовало избавляться или оставить ее для утилитарных нужд: ремонт в квартире в ней делать, спортом заниматься, в турпоходы ходить. Все-таки в местной армии я не служил, и в этой их Балканской войне не участвовал. А надеяться на всплывающие из памяти моего альтер-эго подсказки было бы слишком опрометчиво. Вот встретят меня настоящие ветераны и предъявят, а я что? Ну да, всегда можно ответить про «сапером, лопату в руках держал чаще, чем автомат»… И губы поджимать многозначительно. Но делать ставку на блеф в таких случаях не стоило: мигом просекут! Пусть лучше считают интеллигентом и гражданской штафиркой.
Перед выходом на разведку я долго стучал в квартиру к Шиферам, чтобы вернуть форму для этого их… Кулинарного флюгегехаймена. Открыл Отто, весь голый, в одних только необъятных семейных труселях.
— А! Гоша! С возвращением! Чего вчера не зашел? В смысле — виделись? А, вчера? Ш-ш-ш-шайзе… Похоже, я действительно вчера перебрал бырла у гоблинов на гаражах! Накручу носатым сволочам уши вечером. Или носы! Точно — таблетки добавляют в свою жижу. Да, да, Шифериха моя спит, надо будет узнать, чем она всю ночь занималась-то, что сейчас рожа во сне у нее такая довольная! Ну, ауф видерзеен, сосед. Заходи, если че.
Точно — он был гном. Или кто-то типа того. Все-таки пропорции есть пропорции. Не бывает таких людей! Ноги, руки, башка эта, грудная клетка… Нет, если бы не его супруга, я бы подумал что он такой один, ну — особенный. Всякое случается. Но двое — это уже тенденция. А учитывая плакат и орков в беседке, и его оговорки про гоблинов — гномы тут быть просто были обязаны. Интересно, а хоббиты тут водятся?
С такими мыслями я закинул рюкзак с деньгами за плечо и бодренько сбежал вниз — изучать такой родной и такой незнакомый Вышемир! Ну, и еду искать, и интернет, и парикмахерскую, и магазин с одеждой — это тоже. А потом и в народное просвещение заглянуть можно…
Господи, как тут было хорошо! Ну, то есть не всё тут было прям хорошо, всякого дерьма хватало. Но мне — мне было очень хорошо! Я дышал полной грудью, вот этим потрясающим запахом цветущих лип и сырой травы, солнце светило на меня сквозь густую листву, откуда-то из окна раздавалась забойная музыка — какая-то цыганщина с мощной ударной партией, и я волей-неволей подстраивал свои шаги под ее ритм. Оно так всегда — когда играет что-нибудь забойное, то кажется, что ты не жизнь живешь, а в клипе снимаешься.
И шел я бодро! Широкими, быстрыми шагами! И ноги мои не болели, и сердце не выскакивало, и голова не кружилась… И это было настоящее, незамутненное счастье. Потому что просто идти своими ногами внутри отличной погоды, по знакомому и незнакомому одновременно городу, да под хорошую музыку — это и есть та самая НОРМАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ, которую мы так редко ценим.
На детской площадке с металлическим игровым оборудованием и железобетонной песочницей играли дети — обычные, человеческие.
— Выше ноги от земли! — орали они и кидались на турники, горку и лесенку.
