От этих слов в груди что-то лопнуло. Такое странное ощущение боли, приносящей удовольствие. Слов не было. Из меня разом выкачали весь воздух, и я потеряла возможность думать и говорить. Как глупая рыбка я вытаращила на Зотова глаза и пыталась уловить в его взгляде намёк на ложь.
— Миш, не делай так, — спустя время смогла просипеть эту просьбу.
— Как?
— Не говори таких громких слов…
— Ань, я не понимаю. И мне не нравится это. Что не так?
— Миш, это был всего лишь секс. Не нужно делать после него таких громких заявлений.
— Всего лишь секс? — прорычал он.
— А как это назвать? — взорвалась я. — Миш, чего ты от меня ждал? Что я забуду о твоей армии женщин и буду одной из них?
— Ты никогда не сможешь быть одной из… Ты — единственная!
От этой лжи желудок завязался в узел. Липкое, мерзкое ощущение того, что тебя предали разрывает душу до кровавых отметин. Зачем он так со мной? Для чего ему это?
— Давай, сделаем вид, что ничего между нами не было? Я хочу расторгнуть этот брак и жить спокойной жизнью, — не отреагировав на его слова, я продолжила гнуть свою линию.
Ничего не сказав, Миша злобно сверкнул глазами и резко вскочил с кровати.
— Одевайся. Я отвезу тебя домой! — прорычал он и громко хлопнув дверью, оставил меня одну в комнате.
Вот теперь этот точно конец…
Спускаться вниз было страшно. Реакция Зотова мне не понравилась, и я не знаю, что от него теперь ждать. Слишком много всего произошло, чтобы я сейчас трезво смогла анализировать. От этого и панический ужас. Может он утопит меня сейчас в этом поганом озере!
— Готова? — раздался откуда-то сбоку голос Миши.
От неожиданности я подпрыгнула на месте и неудачно приземлилась на левую ногу.
Резкая вспышка боли, пронзившая лодыжку, ослепила меня. Не удержав равновесия, я полетела вниз. Ещё чуть-чуть и столкновения моей бедовой головы и паркета было бы не избежать. Зажмурив глаза, я приготовилась к новой травме.
Полёт мой завершился немного раньше. Зотов, как в фильме про супергероев, которые спел удержать меня в миллиметрах от пола.
— Лютик, ты — ходячая авария, — тяжело вздохнул мужчина, подхватывая меня на руки. Усадив мою раненую тушку на модный диван, мужчина уселся напротив меня на корточках, чтобы осмотреть ногу. — Так больно? — крутя в разные стороны, мгновенно опухлую, лодыжку, сморозил он.
— Ай! Больно. Очень-очень больно! — скуля и завывая от боли, я старалась позволить ему меня осмотреть.
Держа мою ступню в своих руках, Михаил наклонился и нежно проложил дорожку из поцелуев на ушибленном месте.
Даже боль не стала помехой, чтобы я смогла прочувствовать всё волшебство этого момента. Чокнутые бабочки, не подохшие от дихлофоса с ароматом предательства, вновь устроили шабаш у меня в животе.
— Нют, у меня для тебя две новости, — начал мужчина и дождавшись моего вопросительного взгляда продолжил. — Во-первых, что-то мне подсказывает, что ты теперь не сможешь от меня долго бегать. А во-вторых, у меня на тебя такой стояк, что джинсы сейчас треснут по шву.
— Зотов, блин! — воскликнула я и треснула его по плечу.
— Красотка, у тебя явные проблемы с контролем агрессии, — предположил он. — Поехали в больничку, бедовая моя.
— Зачем в больничку?
— Стояк мой лечить! — съязвил он. — Рентген твоей ноги сделаем. Ты похоже ногу сломала.
— Как сломала? — воскликнула я. — Немного подвернула и всё. Вот смотри!
— Стой!
Он не успел меня остановить. Я песок встала с кресла, чтобы продемонстрировать, что со мной всё в порядке. Но боль, лишающая последней капли самообладания, доказала обратное.
Мой крик разогнал птиц во дворе. Захлёбываясь слезами боли, я как встала, так и села обратно в кресло. Дура!
— Нют, погоди немного, сейчас я принесу лёд, и мы поедем в больницу, — всполошился Михаил.
Лёд немного притупил боль, но не избавил меня от неё. Всю дорогу до больницы я провела в слезах, наблюдая, как моя нога становиться больше с каждой минутой. Вид красной опухшей лодыжки перекрыл собой ужас от путешествия на лодке. Я и не заметила, как мы преодолели эту часть пути.
В больнице меня встретили, как родную. Зотов, со своей манией контроля, поднял на уши всех, кого только смог. Вокруг меня лебезили все. От уборщиков, до инвесторов клиник.
Как Миша и предположил у меня перелом лодыжки. Впереди меня ждут весёлые шесть недель в гипсе. Зашибись! Просто нет слов. Пристрелите меня кто-нибудь!
Не понимаю, где я так накосячила. Как так вышло, что теперь я оказалась в этом очень неоднозначном положении?
Сидя на диване со сломанной ногой, я наблюдаю самую невероятную картину. Зотов в домашних штанах и оголенным торсом накрывает передо мной стол, чтобы я поела. От этого зрелища и от ароматов свежеприготовленной пищи все внутри сворачивается в узел. Так и хочется закричать, чтобы кто-нибудь остановил время и позволил мне разобраться со своими мыслями. Это же что-то поистине сказочное. Уютная квартира, вкусный обед и мужчина, сдувающий с тебя пылинки.