Сползать с моей белой кровати с изголовьем из розовых бутонов не хотелось, так приятно кожей ощущать нежность шелковистого сатина. Кто-то с утра в кровати планирует свой день, а я вспоминаю сладкие моменты детства, потому что к планам отношусь настороженно. Мои мечты сбываются раньше, чем осуществляются мои планы, поэтому я в планирование не верю, а верю исключительно в мечты.
Я всегда на стороне детей, сердцем чувствую их беспомощность перед произволом взрослых и призываю всех помнить, что дети быстро вырастут и отомстят. По-честному. Я издалека зашла, но вывод напрашивается сам собой, я часто веду себя как ребенок. Не зря говорят, что актёры – это остановившиеся в своём развитии дети. Я – классическая представительница такого сообщества.
Моё детство проходило в живописном селе на Донбассе на берегу водохранилища Красный Оскол. Меня родители привозили к дедушке Диме в начале каждого лета моего раннего детства. Окружённое золотыми пшеничными полями и фруктовыми садами с одной стороны, и величественным сосновым бором – с другой, село на сто аккуратных домохозяйств жизнь проживало неспешно, в ежедневных трудах и заботах, селяне просыпались рано, так же рано и засыпали. Дни здесь были такими длинными, и жизнь из-за этого казалась бесконечно-медленной.
Меня дедушка будил с первыми петухами и помогал заплести косички. После умывания мы не завтракали, садились на дедушкину «бричку» с конём Бубликом в упряжке и ехали на важное колхозное задание: в поле работникам нужно было доставить в 50-литровом бидоне воду. А потом, когда загорелые сильные женщины собирались у дороги вокруг дедовской брички, оставляя уходящие в небо бесконечные ряды крошечных подсолнухов на попечение самого солнца, и жадно выпивали, передавая алюминиевую кружку из рук в руки, холодную воду, да так причмокивали и вздыхали от восторга, что вода из колодца становилась живой водой из сказки, я сидела рядышком на траве и думала: «Хорошо, что мы с дедулей привезли им водички, а то как же они без нас? Умерли бы, что ли?…»
А потом мы отдыхали – сидели в высокой траве на берегу голубого неба и просто слушали матушку-природу – вот жужжит шмель, настойчиво добиваясь любви цветка клевера; вот весело общаются птицы – щебечут на свой манер, заливисто поют, радуясь свободному полету и щедрости неба; а вот летит один женский голос к другому : «Мааааню, пойихалы додому!» и на мгновение становится тихо, а потом конь Бублик сочным хрустом яблок провозглашает прелесть природы, ведь даже в космосе нет абсолютной тишины. А здесь намного лучше космоса.
Сколько я себя помню, всегда была в центре внимания. Я это внимание обожаю на генетическом уровне. С трехлетнего возраста каждый Новый год я превращалась в Снегурочку. Бабушки мои – Марфа Митрофановна Герман и Раиса Васильевна Самарцева объединились и подарили мне фортепиано «Украина». И вот на 7 лет моя занятость после школы была обеспечена; танцами я пошла заниматься в 5 лет, то есть меня мама привела в ансамбль народного танца «Юность», художественным руководителем которого более 60 лет была выпускница Ленинградского ордена Ленина и ордена Трудового Красного Знамени академического хореографического училища имени А. Я. Вагановой— одной из старейших балетных школ мира, восхитительная Тамара Исааковна Димлер.
Родители воспитывали меня как разностороннюю личность, а не как чью-то будущую жену, не нагружали бытовыми заботами, – низко кланяюсь им за это. Меня дома не было и в выходные -постоянные конкурсы-концерты. И домохозяйка из меня так себе, гораздо слабее, чем оратор. Тут уже маму процитирую: «Кто на что учился».
Мама считала, что для актрисы я слишком умна и образована, и настояла на поступлении в Московский государственный историко-архивный институт, что в 1991 году стал Российским государственным гуманитарным университетом, факультет управления которого я и закончила.
Родительское желание для дочери серьёзного образования от актерской мечты хоть и отодвинуло меня, но не остановило. Я закончила ВГИК им. С.А. Герасимова и стала актрисой театра и кино. Мой дорогой боевой друг Саня Коржов много снимался после ВГИКа, а я пошла служить в Молодежный театр на Абрамцевской. Там меня и настиг телешопинг. В этот, без сомнения, счастливый день.
Только заварила зелёный чай – всем обладателям четвертой группы крови рекомендую, звонок:
? Привет, моя дорогая! Как ты? – живо поинтересовалась Роза ? Привет! Чудесно! Как же ещё? Только проснулась.
? У тебя точно по-другому быть не может! Слушай, поедешь сегодня на кастинг? Я уже месяц на этом телеканале, нужны ведущие.
? И ты целый месяц от меня скрывала ?
? Да.
? Настоящая звезда сцены.
? Ой, от звезды слышу… Так поедешь или нет?
? Куда?
? В Останкино.
? А гримеры там есть? – спросила я, как будто наличие гримеров – это единственное условие моей готовности стать ведущей неизвестного нового канала.
? Ты серьёзно? Конечно, есть. Как без них? Естественной до ужаса в кадр не пускают. Так поедешь или нет? Пропуск тебе закажут к 17:00.
? Ладно, если есть гримеры, значит, поеду.
