– Нормальный вариант, – кивнул Стайвер и приказал охраннику тюрьмы привести заложницу. – Вот только смотреть на всё это никто не будет. Мы ж не извращенцы какие. Правда, Морган?!
– Вот именно, – фыркнул толстяк и повернулся на выход.
За ним потянулись телохранители. Последним с разочарованным выражением лица из камеры вышел Хазар.
– Шеф, ты правда хочешь в туалет, или просто решил приколоться? – спросил кот, когда мы остались одни.
«Глупый вопрос, Гей. Конечно, хочу. Я же обычный человек в отличие от тебя. А если мне удастся погрузиться в историю с бояркой...»
Я не успел закончить свою мысль, как в помещение в сопровождении охранника вошла Эльвира. Увидев меня в кандалах с ожогом какой-то степени, она замерла на месте, будто её пригвоздили.
Сама девушка выглядела неплохо. Покрасневшие от недосыпа глаза, немного растрепанные волосы, испачканный в пыли чёрный костюм... Но видимых синяков и ссадин вроде бы нет. Значит, ничего страшного пока не случилось.
– Ну, чё застыла? – грубо спросил охранник за её спиной. – Ведро в руки, и можешь приступать к дойке!..
Собственная шутка показалась ему весёлой, и он расхохотался. В это время Эльвира могла бы локтем заехать пирату в кадык или выбить из руки пистолет, но она о таком варианте явно не подумала, и упустила подходящий момент.
– Что? – непонимающе переспросила она, вертя головой.
– Что-что?.. – передразнил охранник. – Твой мужик ссать хочет. Иди, помоги ему, пока почки с пузырём не лопнули.
Посмеиваясь, он подтолкнул девушку к вонючему ведру, стоявшему в углу камеры.
Эльвира, наконец, сообразила, зачем её сюда привели, но возражать не стала.
– Ты что, смотреть на нас будешь? – спросил я, когда девушка подошла ко мне с ржавой жестянкой.
– Ну, я же охранник. Мне по статусу положено приглядывать за такими, как вы. Или ты не мужик, меня стесняешься?!
Продолжать разговор с этим извращенцем было бесполезно. Поэтому я ободряюще подмигнул напарнице.
– Ты как, солнце моё?
– Получше чем ты, – ответила она с вымученной улыбкой и ловко расстегнула ширинку на моих штанах. – Кто тебе так лицо испортил?
– Хазар, кто же ещё. Беззащитных бить всегда легко.
– Вот ублюдок, – сказала девушка и запустила пальцы в мои трусы.
Это было эротично, но я постарался сделать всё возможное, чтобы не возбудиться в руках любимой женщины. Мы смотрели друг другу в глаза и говорили о наглости пиратов, а мысли невольно возвращались к вчерашней ночи. Тогда мы делали такое, по сравнению с чем нынешняя физиологическая процедура казалась детской игрой в доктора.
Когда всё закончилось, Эльвира отнесла ведро на место и посмотрела на охранника. Он продолжал ухмыляться.
– Подоила бычка? Молодец. Теперь сама можешь возвращаться в стойло.
– А как насчёт воды? – напомнил я.
– Сейчас принесу, – не стал артачиться мужик и махнул девушке на выход.
Она бросила на меня прощальный взгляд полный страха и надежды. Я лишь утвердительно кивнул, давая понять, что у нас ещё не всё пропало.
Через пару минут охранник вернулся с большой жестяной кружкой и поставил её на деревянные нары.
– Вот, супермаг, пей. Подходить к тебе ближе мне запрещено.
Дотянуться до кружки было нереально. Цепь не пускала. Но пирату было всё равно. Он стоял и ждал моей реакции, криков, ругани, угроз.
Пришлось его огорчить и воспользоваться телекинезом.
Я сконцентрировал магическую энергию в «солнечном сплетении», а затем вынес её наружу. С помощью невидимого щупальца я взял кружку, приподнял и понёс к себе.
Глаза охранника от изумления полезли на лоб. А я тем временем успел сделать несколько глотков, после чего аккуратно вылил остатки воды на запястье правой руки. Кожаный браслет неплохо пропитался влагой и слегка разбух. Теперь нужно было дождаться его активации.
Когда я швырнул пустую кружку в наглого пирата, он пулей вылетел из камеры и захлопнул дверь. Я же уселся на пол и стал ждать.
Минут через пятнадцать камера вокруг меня начала меркнуть и расплываться...
– Ха, во навернулся лошара!..
– Да он совсем задрот!..
– Надо ему ещё врезать по репе…
Скрипучие голоса подростков, доносившиеся откуда-то сверху, ворвались в моё сознание внезапно, и все сразу. Аж голова кругом пошла, словно её несколько минут пинали, как футбольный мяч. Причём отдельно от туловища. Во всяком случае, его я пока не чувствовал.
– Блин, чёт он совсем дёргаться перестал.
– Да, ты, Рыжий, кажись, его грохнул! Так башкой об унитаз треснул, аж звон по всему тубзику...
– Гонишь! Он сам навернулся. Ноги-то кривые...
Пока молокососы спорили, обсуждая чьё-то неподвижное тело, я постепенно привыкал к новым ощущениям. Голова в области затылка реально болела, будто её раскололи пополам. Но к такому мне уже было не привыкать. Зато колики, побежавшие по всему организму, четко говорили о том, что я нахожусь в чужом теле. Ладно хоть почувствовал его наличие. Значит, жить можно. А если можно, то и нужно.
– Не, пацаны, он ещё дышит, – сказал вдруг первый болтун.
– Я и говорю, что живой, – обрадовался несостоявшийся убийца. – Просто прикидывается трупом!..
