– а ну, стой, пацан! Это ты?.. Ты Капуки?
– Меня зовут Ояши Кануки, – спокойно возразил Оникс, остановившись в двух шагах от Подгорного. – Что тебе надо?
Он мог бы ответить вежливей, но если его всё равно собирались чмырить, то какой смысл притворяться бедной овечкой, которую все могут поиметь и в хвост и в гриву?
– Так это ты, сучонок узкоглазый, покалечил моего младшего брата?! – Павел скорчил ещё более злую рожу.
– кого это? – уточнил архимаг, внутренне напрягаясь.
«Кого-кого?.. Рыжего, конечно!» – тут же пояснил я. – «Вот так спустишь с лестницы одного ушлёпка, а за него потом друзья и родственники мстить приходят».
– То-то он был таким наглым. – добавил Гей. – Знал, кто за ним стоит. А вы не знали. Поэтому и вляпались…
«Какая разница?, – ответил попаданец. – Я в любом случае не буду отступать перед всякими уродами».
– Ты чё, мелкий, идиота из себя строишь? – нахмурился Подгорный, подходя ближе. – Забыл кого с лестницы вчера сбросил?
– Да, если честно, я понятия не имел, что у рыжего есть брат. – пожал плечами Оникс. –Ещё и такой, как ты...
– Какой такой? – приподнял бровь Подгорный и неожиданно дал нам крепкого леща.
Затрещина была сравнительно лёгкой, но худому телу пацана и этого хватило, чтобы отлететь назад и грохнуться спиной об асфальт. В глазах на секунду потемнело. Это было больно и обидно. Живой Ояши после такого мог бы разныться, но архимаг даже не пискнул. Лишь упрямо сжал челюсть и медленно поднялся.
– Это тебе за моего брата, дрыщь! – угрожающе процедил амбал. – И можешь радоваться, что я тебя не отметелил по полной... Не хочу перед выпуском руки в дерьме морать. Но, если ещё хоть раз...
– Спасибо, – прошипел в ответ архимаг и внезапно атаковал Подгорного, словно это был не опасный противник, а обычный хлыщ.
Удар раскрытой ладонью в нос. Обратным движением резкий мазок пальцами по глазам. Потом лоу кик коленом в пах и крюк слева по печени. Всё, как на утренней тренировке с подушкой.
Неожиданное нападение застало Павла врасплох, но физическая слабость носителя не позволила Ониксу провести парочку добивающих ударов под дых и в челюсть. Его тычки оказались слишком вялыми для мощного тела противника. Подгорный мгновенно пришёл в себя, тряхнул упавшей на глаза чёлкой и быстро нанёс один единственный удар в лицо Ояши. Я даже не успел выскочить из его бледной тушки, и вместе с попаданцем ощутил всю «прелесть» нокаута.
Вот, так вот бывает... Мы его били-били, били-били, и ничего. А он нас одним махом, и сразу в аут. Даже как-то обидно стало, хотя собственное сознание, в отличие от Оникса, я не потерял. Просто на какое-то время погрузился в темноту и тишину.
Воспользовавшись ситуацией, подвинул архимага в «сторону» и стал ждать дальнейших событий. Уж, я –то амбалу точно не позволю себя избивать. Точнее, тело носителя. В крайнем случае сбегу, как все нормальные люди. Ибо нефиг зря выпендриваться...
Обморочное состояние по моим ощущениям продолжалось минут десять. Когда же я сквозь прикрытые веки увидел свет и смог открыть глаза, вокруг меня были белые стены школьного лазарета. Ни чем иным это помещение быть не могло. Если только не моргом. Но нет, стоявший в углу стеклянный шкафчик с какими-то склянками и непонятная аппаратура у изголовья кушетки подтверждали первый вариант. В морге всё это было бы лишним.
Значит, помирать мой носитель пока не собирается. Однако, сильная головная боль, тошнота и слабость в конечностях говорили о том, что он получил серьёзное сотрясение мозга. Ладно хоть шевелиться может.
Едва я поднял руку, как внутри черепушки ожил архимаг. Собрав мысли в кучу, он взволнованно воскликнул:
«О, небеса, я ничего не чувствую. Моё тело парализовано, как в прошлой жизни. За Что мне такое наказание?...»
– Не боись, коллега, твой контуженный носитель в относительном порядке, – успокоил я архимага, погладив ушибленную скулу. – Но мне пришлось взять управление на себя, пока ты был в отключке.
«Тогда верни мне контроль над телом. Сейчас же!»
– Ага, Сейчас, разбежался. Ты и так его чуть не угробил своими дешёвыми пантами.
«Чем?»
Да, ладно, проехали. Это сленг моего мира. Но, если бы ты, дед, поменьше выпендривался и побольше молчал, мы бы сейчас здесь не лежали. Понимаешь?
«Но я же не могу позволить всяким ублюдкам вытирать об меня ноги!.. Я никому не позволю меня бить и унижать».
– да-да, я это уже слышал. Но где был твой ментальный удар? Почему ты им не воспользовался?
«К сожалению, в этом мире и в этом теле я не могу полностью контролировать свою психоментальную сферу, чтобы бить узким лучом», – попытался оправдаться Оникс. – «Я боялся задеть красавицу, которая была с Подгорным».
«Охренеть!..» – только и смог сказать я на такое заявление.
В этот момент белая дверь лазарета открылась и внутрь быстрым шагом впорхнула молодая медичка в белом халатике и такой же шапочке, под которой были спрятаны пепельные волосы. Оглядев меня с ног до головы большими голубовато-серыми глазами, она профессионально улыбнулась и спросила:
– Ты что, правда, с Подгорным подрался?
