Как проиграть в любви полностью

Я повернул голову и прищурился, еле сдерживая ярость. Какое ей дело до того, где ночует Райан? Какого черта она вообще об этом спрашивает? Она со своими подруженциями никогда не оставалась у нас на ночь. Зачем ей знать про Райан?

Райан тряхнула головой, будто очнувшись от задумчивости:

– Прости. Это ты мне?

– Да! – Тиффани закатила глаза.

– Ох, ну… – Райан заправила прядь волос за ухо и пожала плечами. – Не знаю. Дома, наверное. Я ценю свой сон, если ты понимаешь, о чем я, – засмеялась она. – А тут есть кое-кто, кто храпит, как рота солдат. Да еще и потеет по ночам, так что…

Храпит? Потеет? Какого черта!

– Я не храплю.

Я правда не храплю.

– Откуда тебе об этом знать? – ухмыльнулась блонда, вынуждая меня признать сейчас перед всеми, что Райан не может знать, храплю я или нет, потому что никогда не спала со мной.

– Ну, я бы знал.

Но Райан не сдавалась:

– Разве ты не говорил мне однажды, что тебе приходится надевать дыхательную маску из-за твоего апноэ или как там это называется?

– Фи! – Тиффани сморщила нос. – Ты спишь в дыхательной маске? Ну и жесть.

– Ну да, – продолжала Райан, – в общем, иногда мне просто хочется как следует выспаться, и лучше всего это делать в своей постели. Иначе это все равно что спать рядом с Дартом Вейдером, а я не особо увлекаюсь «Звездными войнами».

У меня отвисла челюсть. На этот раз я определенно потерял дар речи.

– Тебе нужно остаться сегодня на ночь, – заявила белобрысая.

– С чего бы это? – Райан склонила голову набок и засмеялась.

Тиффани поджала губы, словно считала, что прижала Райан к стенке и не ожидала, что та будет сопротивляться.

– Потому что… мы остаемся. Будет весело!

Не понял! С каких пор эти двое ночуют у нас дома? Это либо новый виток развития событий, либо борьба за власть в стремлении продемонстрировать Райан, на чьей стороне преимущество в отношениях с тремя Колтерами.

– Весело? – Райан не клюнула на удочку. – Весело для кого?

Тиффани состроила разочарованный вид и ехидно протянула:

– А я-то думала, вы встречаетесь. В колледже тысячи девчонок, которые без колебаний остались бы на ночь, а ты хочешь домой, потому что он храпит?

Я не мог поверить своим ушам. Она правда сказала это вслух? В лицо Райан и в моем присутствии? Как же меня бесят эти чувырлы. Я непременно поговорю с братом о том, чтобы духу их больше не было поблизости – окончательно и бесповоротно.

Черт меня подери, так и будет. Но в тот момент я ничего не мог сделать.

Не могу поверить, что прогнулась под Дрейка Колтера и двух его миньонов – и все ради сохранения правдоподобия нашей легенды. Отродясь не велась на давление со стороны сверстников. Мои родители воспитали меня с убеждением, что все идет изнутри, что мое психологическое благополучие – это зона моей личной ответственности и, если я не хочу, чтобы кто-то заставлял меня делать то, что мне не нравится, я должна уметь выстроить границы.

Но вот она я, на переднем сиденье автомобиля, еду на пижамную вечеринку в дом к своему фиктивному парню. Даллас в долгу передо мной… Это далеко за рамками наших договоренностей. При этом Дрейк Колтер прекрасно знает, что я не встречаюсь с его братом по-настоящему, – как и знает, что я бывшая девушка Диего Лоренца. У меня нет никаких сомнений по этому поводу. И все же этот паршивец загнал нас в угол. Специально. Всю поездку до дома он не переставая болтал о том, как забавно будет столкнуться со мной в ванной посреди ночи, а с утра порадовать нас приготовленными вафлями и коктейлями.

– У нас нет вафельницы, – пробурчал Даллас.

– Ну, тогда блинами.

– Ой, обожаю блины! – промурлыкала Тиффани, положив руку на колено Дрейка.

Вот именно. Руку положила на одного брата, а глаз – на другого. На Далласа. Это он их главный трофей. И я прекрасно понимала, что она пока пережидает, чтобы вскоре сделать решительный ход. И – Господи, помоги мне – у меня нет причин ревновать, вообще ни одной.

Но я вдруг услышала, как говорю:

– Пожалуй, я могла бы приготовить блины на завтрак.

Не знаю, кто был удивлен больше: я сама или Даллас. Он искоса посмотрел на меня, подняв брови до самой линии роста волос и приоткрыв рот.

Когда мы наконец остались одни в его спальне, он закрыл дверь и сказал:

– Тебе необязательно это делать. Мне не важно, останешься ты или нет. Плевать, что там думает эта троица.

– А как же мои блины?

Никто никогда не готовил мне завтрак, если не считать повара в закусочной. Даллас рассмеялся:

– Хорошо, можешь остаться. – Он окинул меня беглым взглядом, стараясь не смотреть мне на грудь. – У меня где-то есть футболка, которая может тебе подойти.

– Ну, в принципе, я могла бы и надеть что-то.

Я сняла куртку и повесила ее на спинку стула.

– В смысле?

– В смысле, я обычно сплю без одежды.

– Но… – Он громко сглотнул. – Что, если начнется пожар?

Что, если начнется пожар? Я засмеялась:

– Видно будет.

Даллас ненадолго ушел в гардеробную и вскоре появился с детской футболкой в руках.