Размышляя, она похлопывала себя по подбородку лишней игральной картой, тем самым привлекая мое внимание к своей пухлой нижней губе.
Если бы я произнес это вслух, она бы ритуально сожгла меня заживо, но это реально то, что крутилось в тот момент у меня в голове. Что есть, то есть. Чем дольше я ее знаю, тем больше я учусь.
– Думаю, мне бы не хватало твоей способности улаживать напряженные ситуации.
– Что ты имеешь в виду?
Какие еще напряженные ситуации?
– Например, я знаю, что ты не хотел отвозить соседок домой после вечеринки. В машине они капали тебе на мозги, задавали все эти бесконечные раздражающие вопросы, а ты был краток и прямолинеен. Это оставляет мало возможностей для споров. Таким образом ты и улаживаешь ситуации.
Хм, никогда не думал об этом в таком ключе. Большинство людей – мои товарищи по команде, братья, даже моя мама – считают меня бесчувственным придурком, а вовсе не тем, кто переходит сразу к делу, без лишней болтовни. Сочту ее комментарий за комплимент.
Я взял карту из стопки правды:
– Вы когда-нибудь проводили в ванной дольше сорока минут? Если да, то чем вы там занимались?
Я убрал карту вниз колоды:
– Принимаю душ и дрочу.
Бум. Получи-ка. Райан подняла брови:
– Дрочишь в душе или сначала принимаешь душ, а потом дрочишь?
– Я обычно дрочу в душе. Потом убирать не нужно.
Она кивнула. Эту девушку что, вообще нельзя сбить с толку? Ничто из того, что я сказал, не шокировало ее. И, признаться, это действует мне на нервы. Не знаю почему, но мне хочется, чтобы эта стена спокойствия дала трещину.
Райан выбрала действие:
– Покажите свой любимый способ проявления привязанности.
Она прикусила нижнюю губу:
– Мой любимый способ проявления привязанности…
– Ты должна показать, – сурово напомнил я ей, как будто она сама не прочитала это две секунды назад.
– Это сложно, потому что у меня не было отношений, достаточно долгих для того, чтобы проявлять в них привязанность.
Она встречалась с Диего Лоренцем два месяца – что считается конфетно-букетным периодом – так какого же черта этого времени не хватило, чтобы он подержал ее за руку, схватил за задницу, прилюдно поцеловал?
– Часики тикают, – сказал я ей, с нетерпением ожидая, когда она привлечет меня к демонстрации любимого способа показать партнеру свои чувства, будь то ласки, или французский поцелуй, или хоть что-нибудь в этом роде.
Интересно, насколько это будет забористо?
– Думаю, мой любимый способ проявления привязанности, хм… взяться за руки, пока мы делаем что-то простое, например сидим на диване и смотрим телевизор. Или, может быть, просто положить руку ему на колено, когда он за рулем. И наоборот.
Для меня и это прозвучало чертовски круто.
– Ты должна не говорить об этом, а показывать. – Будь я проклят, если не оказывал на нее давления, но мне вдруг отчаянно захотелось, чтобы Райан прикоснулась ко мне.
С тех пор как мое лицо побывало между ее ног, я не мог перестать думать о сексе и тому подобном. Она так хорошо пахла, была такой теплой. Я мог бы поспорить, что внутри у нее было очень влажно. Невероятным усилием воли я удерживал взгляд на ее лице, но он то и дело соскальзывал на тело. Грудь. Талию. Ноги…
Райан подвинулась ко мне и прилегла рядом, зеркально отразив мою позу: одна рука за головой, другая на бедре. И потом неописуемо медленно ее рука протянулась через покрывало и коснулась моей ноги. На ее губах заиграла легкая улыбка. Я смотрел то на ее руку, лежащую так близко к моей, то на ее лицо. Затем снова на руку. И снова на лицо.
Ее ладонь не двигалась, просто лежала на моих шортах, согревая кожу под ними.
– Твой ход.
Когда с быстро бьющимся сердцем я потянулся за карточкой действия, она не убрала руку с моего бедра, продолжая улыбаться.
Прочистив горло, я прочитал громко и медленно:
– Поцелуйте вашего партнера. Но только не в губы.
Да. Да, да, черт возьми, да! Лучшая карта на свете.
– Круто же?
Боже, не дай мне оступиться.
– Конечно. Это же всего лишь игра.
Лгунья. Маленькая лгунья. Это перестало быть всего лишь игрой, как только я оказался у нее между ног и начал ласкать ее. Райан хотела меня так же сильно, как и я ее. Просто у нее кишка тонка признаться в этом. Черт бы побрал Дрю за то, что ворвался без предупреждения, – мне не терпелось надрать ему задницу. Черт возьми, мы же не у мамы дома. Чем, он думал, я тут занимаюсь? Сижу на полу и собираю лего? Да, у меня все еще есть лего – кому какое до этого дело?
– Мне закрыть глаза? – лукаво рассмеялась Райан.
– Закрывай, если хочешь. Больно не будет.
Райан убрала руку с моей ноги, и согретое ее ладонью место тут же стало холодным. Я не мог решить, взять ли мне в руки ее лицо или просто наклониться над ней, чмокнуть в щеку, и дело с концом. Или, может быть, я сделаю это медленно? Может быть, я не стану торопиться и посмотрю, как она отреагирует. Может быть, я…
– Боже мой, и долго еще это продлится? – В ее голосе звучало волнение. – Ты так и будешь смотреть на меня всю ночь? Или уже сделаешь это?
