Как работает мозг полностью

Но как же тогда объяснить иррациональное действие закона сходства – отвращение к резиновой рвоте, шоколадным собачьим фекалиям и стерилизованным тараканам? Ответ заключается в том, что эти предметы были специально придуманы для того, чтобы вызвать у людей точно такую же реакцию, как сами объекты. Именно поэтому в магазинах приколов продают резиновую рвоту. Эффект сходства просто показывает, что разрешение авторитетного лица или собственное убеждение человека не выключают эмоциональную реакцию. Этот эффект не более иррационален, чем другие реакции на современные имитации: например, увлеченность фильмом, возбуждение при просмотре порнографии или ужас, испытываемый во время катания на американских горках.

А как же наше ощущение, что отвратительные вещи загрязняют все, к чему прикасаются? Это явно адаптация к существенному факту, характерному для живого мира: микробы размножаются. Микроорганизмы принципиально отличаются от химических ядов вроде тех, что вырабатываются растениями. Опасность химиката зависит от его дозы. Ядовитые растения имеют горький вкус потому, что и само растение, и поедающее его существо заинтересованы в том, чтобы поедатель остановился уже после первого кусочка. А вот для микроорганизмов безопасной дозировки быть не может, потому что они размножаются в геометрической прогрессии. Один-единственный невидимый и неощущаемый на вкус микроб может размножиться до такой степени, что быстро заполнит собой вещество любого объема. Поскольку микробы, конечно, передаются посредством прямого контакта, неудивительно, что все, что прикасается к чему-то мерзкому, навеки остается мерзким, даже если внешне и на вкус остается неизменным. Отвращение – это интуитивная микробиология[428].

Почему же насекомые и другие маленькие создания вроде червей и жаб – то, что латиноамериканцы называют анималитос, – так легко вызывают отторжение? Антрополог Марвин Харрис показал, что люди избегают анималитос в тех культурах, которым для употребления в пищу доступны более крупные животные, а едят их в тех культурах, когда более крупных животных нет. Объяснение не имеет ничего общего с санитарными соображениями, поскольку есть жуков с этой точки зрения безопаснее, чем мясо. Объясняется это теорией оптимального фуражирования, основанной на изучении того, как животные предположительно должны (и действительно обычно это делают) распределять время, чтобы довести до максимального уровня количество потребляемых питательных веществ. Анималитос малы ростом и разбегаются в разные стороны, поэтому чтобы добыть фунт полезных белков, нужно потратить много времени на их поиск и приготовление. Крупное млекопитающее – это сотня фунтов мяса на ножках, и все это мясо можно получить сразу. (В 1978 распространились слухи о том, что в «Макдональдсе» в гамбургеры добавляют в мясо земляных червей. Однако, если бы корпорация и впрямь была такой алчной, как предполагалось, этот слух не мог бы оказаться правдой: мясо червей гораздо дороже говядины.) В большинстве условий обитания есть крупных животных не только более эффективно; маленьких можно вообще не трогать, потому что время, требующееся, чтобы их собрать, значительно выгоднее потратить на крупную добычу. Именно поэтому анималитос не входят в меню народов, у которых есть цели поважней, а поскольку для потребителей пищи все, что не разрешено, запрещено, эти народы находят их отвратительными[429].

А как насчет табу в области питания? Почему, например, индуистам запрещается есть говядину? Почему иудеям запрещается есть свинину и моллюсков и смешивать мясо с молоком? Раввины тысячелетиями предлагали оригинальные объяснения еврейским законам, связанным с питанием. Вот некоторые из них, приведенные в «Еврейской энциклопедии»: