Как разозлить дракона (ЛП) полностью

Взяв все необходимое, я прихватил еще одно полотенце, чтобы высушить ее после омовений. До того, как заняться ее раскрасневшимся чувствительным задом, я осторожно провел влажным полотенцем по ее лицу, вытирая следы слез. Смочив полотно еще раз, я занялся пострадавшей частью тела.

Я обтирал ее холодной водой, пока краснота немного не сошла, а затем осторожно нанес лечебную мазь. Все это время девочка лежала, не шелохнувшись.

Да проклянут меня Боги на веки вечные, она была так измотана и спала неровным сном истощенного существа. Тщательно обработав все пострадавшие участки кожи, я взял простыню и осторожно накрыл ее обнаженное тело. Я знал, ей не понравится, если я увижу ее такой уязвимой, когда она проснется.

С тяжелым сердцем я убрал беспорядок, затем опустился в кресло напротив кровати и стал ждать. Я буду охранять ее всю ночь и молиться, что когда-нибудь она все-таки простит меня. Ведь сам я себя никогда не прощу за то, что сделал с женщиной, которую прежде всего должен был защищать и оберегать.

Будь я менее эгоистичным мужчиной, то отпустил бы ее, позволив прожить обыкновенную человеческую жизнь. К несчастью для нее, я был Драконом до мозга костей и всегда ревностно охранял то, что принадлежит мне. И не важно, как вы на это смотрите, Александрия принадлежит мне.

Глава 4

«Тото, у меня чувство, что мы больше не в Канзасе».

Лаймен Фрэнк Баум.

Осознание обрушилось на меня. Знаете, как некоторые люди умеют просыпаться: постепенно, с потягушками, ощущая кожей тепло солнечного света. Ага, вот это точно не про меня. Минуту назад я спала, как убитая, и тут бум! Я проснулась, и на меня потоком хлынули воспоминания о последних двадцати четырех часах моей жизни во всех их нелицеприятных красках.

К сожалению, я лежала на животе, поэтому восстание из мертвых прошло несколько не так, как бы мне хотелось. В общем, в итоге, я скатилась с кровати и приземлилась на пол неуклюжей кучей. Хорошо, что на полу оказался темно-серый ковер с длинным мягким ворсом, очевидно, страшно дорогой. «Драконы помешаны на роскоши», — отметила я про себя.

«Кстати говоря, о Драконах», — оглядев комнату, я обнаружила своего обидчика, спящим в кресле. «Ну просто отлично, а я как раз растянулась у его ног. Пора надеть на меня ошейник и начать называть Фидо (итальянский пес, который попал в поле зрения общественности из-за его демонстрации непоколебимой верности своему мертвому хозяину. — прим. перев.)». Должна признать, он выглядел таким бравым, впрочем, похоже, ему жутко неудобно. Все эти горы мышц и твердые животы — определенно, во сне он не стал мягче.

Его голова склонилась под таким неестественным углом, что когда он проснется, его неминуемо ждет адская боль в шее. В принципе, я вполне оправдала свою новую кличку Фидо, потому что сидела у него в ногах и пялилась на него, будто сучка во время течки.

— Плохая Лекси, — пробормотала я сама себе. — Как ты вообще можешь желать своего похитителя и обидчика, он же прямо-таки надругался над твоим задом?

Из груди «похи-бидчика» раздался недобрый смешок. Ага, вот так я теперь и буду тебя называть. Смирись.

— Если бы я надругался над твоим задом, котенок, ты была бы в курсе. Боль, — он сделал паузу, — была бы ощутимее.

«Ох, елки! Он же не упомянул только что анальный секс и нас в одном предложении?!» — громко подумала я.

— Как там говорят американцы, Александрия? Не спеши критиковать, пока сам не попробовал, — сказал он с усмешкой.

— Окей, во-первых, никто не называет меня Александрией, только мой отец, когда решает меня отчитать. Проще говоря, когда ты так меня называешь, звучит это крайне стремно. Если тебе прям так уж необходимо как-то ко мне обращаться, давай ты будешь называть меня просто Лекси? Ты, бл… — я осеклась, когда он предупреждающе выгнул бровь. — Даже глупые русские клички лучше моего полного имени.

— Тебе действительно настолько не нравится, когда я называю тебя твоим же собственным именем? Неужели такая мелочь настолько важна для тебя?