Мы находим наш номер на втором этаже трёхэтажного здания. Первым делом я щёлкаю выключателями. Света нет. Чёрт знает что такое! Тоже мне «пять звёздочек»… Включаю телевизор. Ага, ток в розетках есть. Почему же нет света?
— Ничего, устраивайтесь пока при свете экрана. Сейчас придёт носильщик, и я спрошу, как включить лампы.
Но через несколько секунд гаснет и экран телевизора.
— Погодите, тут что–то не так. Наверно, есть какой–то секрет.
Шарим по стенам, пытаемся обнаружить какой–нибудь рубильник или счётчик. Ничего нет. Только над выключателем у двери находим странную щель, куда спокойно мог бы влезть брелок нашего ключа и небольшая команда тараканов заодно с ним. Внимательно рассматриваем брелок. На нём находим стрелку–указатель: этой, мол, стороной — туда…
— Я поняла! — первой догадывается дочь и выхватывает у меня из рук ключ.
— Постой, Рита, не спеши!.. Осторожно!
Но она уже не слушает. Подбегает к этой щели и запихивает туда брелок стрелкой вперёд. Я рефлекторно втягиваю голову в плечи, ожидая короткого замыкания или небольшого ядерного взрыва… ох уж эти тинэйджеры!.. Но в этот момент включается всё сразу: свет, телевизор, кондиционер, холодильник, вентилятор в ванной. Ах, вот в чём дело! Где–то в щели прячется рубильник, и включить его можно с помощью брелка! Ну что ж, остроумно придумано. Вы выходите из номера и обязательно берёте с собой ключ, то есть вынимаете его из щели над выключателем. И тогда прекращается подача тока в номер. Вам не грозит пожар от оставленного утюга или взрыв от забытого кипятильника. Да и ключ вы вряд ли теперь забудете в номере…
В дверь стучат. Это принесли наши сумки. Всё–таки носильщик ничего не перепутал.
Он оставляет наш багаж возле стенного шкафа и умело — торопливо, но не спеша — пятится к двери.
— Ритка, пришло время расстаться с твоими пятью фунтами.
— Почему?
— А у нас других пока нет. Есть ещё десятка, которая осталась после покупки марок в аэропорту, но, боюсь, она нам сейчас понадобится.
Я вручаю купюру носильщику:
— Take it please.
— Thank you, mister.
Мы уже знаем, что за любую услугу в Египте принято платить небольшой «бакшиш». Как хорошо, что мы нашли эту банкноту! Иначе опозорились бы в первый же день.
Жена и дочь начинают экспериментировать с кондиционером, но я тороплю их к выходу.
— Надо запастись водой. Страшно хочется пить. Откуда такая жажда?
— Это после сытного ужина в самолёте.
Мы выходим из отеля и идём к главному корпусу. Я видел там бар.
— Могу ли я купить две бутылки воды, — спрашиваю у бармена по–английски.
— Конечно.
За маленькую бутылочку воды без газа он просит 4 фунта. И как определить, много это или мало? Мы ещё не привыкли торговаться. Мы законопослушные граждане. Сказано «четыре» — значит четыре.
Только дня через два я вспоминаю, как бармен многозначительно переглянулся со своим помощником, когда я вручил ему деньги. Похоже, они чуть–чуть заработали на нашей неосведомлённости. Уже утром мы в любом баре могли бесплатно взять таких бутылочек сколько угодно, а в лавках города вода стоит не больше полутора фунтов.
Странно: мы лежим в номере африканской гостиницы «Санрайс» в Египте и смотрим КВН по российскому телеканалу ОРТ. Помимо отечественного есть ещё двадцать пять каналов, но половина из них — на арабском языке. Лоджия нашего номера смотрит прямо на пляж. Внизу под окнами шуршат листьями пальмы и вяло плещется узкий залив Красного моря, больше напоминающий длинный бассейн. Откуда–то доносится песня в исполнении Сезарии Эворы.
На завтрак еле проснулись, потому что уснули поздно, а завтрак начинается в 6–30 и надо успеть до десяти часов утра. Ночью поднялся сильный ветер и было слышно, как в заливе плещутся волны. Сначала это настраивало на глубокий здоровый сон. Но потом пришлось встать и прикрыть дверь на лоджию, да ещё подпереть её журнальным столиком, чтобы не открылась от сильного порыва ветра.
Жена смотрит вниз, на пляж.
— Ни одного свободно лежака. Кажется, здесь надо занимать место пораньше.
— А вчера казалось, что отель пуст. Интересно, почему никто не купается ночью?
— Успевают накупаться днём.
В полдень направляемся в главный корпус, чтобы встретится с гостиничным гидом Джалалом. Я слушаю его и не верю, что он египтянин. Говорит он по–русски очень хорошо, практически без акцента.
— В Египте очень важно торговаться по любому поводу. Если вы не будете торговаться, продавец обидится. Помните, что вы имеете право на двадцать пять или даже тридцать процентов скидки.
— Да откуда же нам знать, сколько стоит вещь на самом деле?
— Вы делаете так: берёте предмет в руки и долго рассматриваете его. К вам подходит торговец и говорит: «Пятьдесят фунтов». Вы отвечаете: «Двадцать пять». Он: «Сорок». Вы: «Тридцать». Он: «Тридцать пять». Тут вы делаете такое лицо, — Джалал смешно и очень красноречиво скашивает рот на бок, к уху, — и идёте на выход.
— Ну и что?
