Несчастных, счастливых и гордых собой
И с теми, с кем лучше не пересекаться
Есть те, кто за пару недель
С легкостью рушат команду
И вся атмосфера вокруг
Превращается в сковородку из ада
Такому всегда о других невдомек
Он жаждет только лишь власти
Пусть глуп, не красив, но гордый собой
Он все берёт своей хваткой
Есть те, кто все время ворчит
И всем всегда недоволен
Всегда все не так и не то
Лишь только собой он доволен
Есть милые люди и с ними легко
Они живут своей жизнью
Для них нет места в этом бою
Они не для этого бреда.
Я даже не думал, что так бывает.
Альфе пришло уведомление, что его переводят в сектор А.
Мне написала об этом Дельта. И добавила: «Возьми сегодня Оранжевый». Это означало, что сегодня будет необычная встреча Сопротивления.
Еще бы… Альфа – наш предводитель. У нас как будто отрубают голову. Как мы без него…
Весь день я был будто оглушенный. Что за перевод? Кто его инициировал? Неужели это происки Королевы?
Наверное, надо радоваться за Альфу. Он будет работать в самом главном секторе Системы. Его решения будут влиять на все остальные сектора. Да, именно такие, как он, должны управлять другими.
Но наша война больше не будет его касаться. У него будет новая жизнь. Мы его потеряем.
Остальные тоже это поняли. Поэтому в секторе L мы все приняли оранжевую капсулу. Эйфория. Это ощущалось как полет. Как будто ты можешь все. Чувство окрыленности и всесильности было нам очень нужно.
Мы направились в одну из оранжевых зон. Там звучали комбинации звуков. Земные люди называли это музыкой. Она затягивала в себя и не отпускала. Я ушел в нее, чтобы забыть обо всем. Выключиться. Это было блаженством.
Мы кайфовали вместе. Двигались в унисон. Обнимались. Последний раз Сопротивление было в полном составе.
Похоже это был план Королевы. Многоходовка.
Лишив нас предводителя, она взялась за Бету. Стала заваливать ее задачами и ставить неадекватные сроки. Показатели Беты стали падать.
Мы все переживали за нее, но ничем не могли помочь. Никто не может повлиять на показатели сотрудника, кроме него самого. И тех, кто ставит ему задачи. Бета и Гамма выполняли задачи Королевы. У нее была над ними власть, и она это поняла.
Между тем, собрания Сопротивления почти прекратились. Наша деятельность была приостановлена.
Я не мог больше проводить свободное время в секторе D, а находиться в ячейке меня угнетало. Поэтому я продолжал посещать сектор L.
Иногда мы встречались там с Гаммой или Сигмой, принимали желтую капсулу и занимали зону с диванчиками на двоих. Отдыхали, разговаривали.
Когда я приходил в сектор L один, то принимал оранжевую капсулу. Мне нравилось состояние эйфории. Мозг отключался, тело растворялось в музыке. Это стало моим способом бегства от реальности.
Однажды я встретил в оранжевой зоне U-T-12. Это было неожиданно и не вовремя. Я бы напрягся в обычном состоянии, смог бы защититься. Но оранжевая капсула имела сильное действие. Она опьяняла.
С U-T-12 было то же самое. Его размазало не хуже. Мы танцевали рядом.
Он был не один. Никогда не видел прежде этого сотрудника. Но надпись на его костюме была знакомой. U-P-12.
Кто такой U-P-12?
Сектор P отвечает за программное обеспечение Системы. Номер такой же, как у нашей Пешки.
Кстати, в шахматах Пешка может стать любой фигурой, если дойдёт до конца поля. Любой, кроме Короля. Какой бы потенциал не видела в нем Королева, выше нее ему точно не прыгнуть. Он понимает эту зависимость и делает для нее все, что она захочет.
Может, они собирают сторонников вне сектора T? Вдруг Королева планирует глобальный переворот в Системе?
Неизвестный U-P-12 долго не давал мне покоя. Загадочный мистер Икс. Пока однажды я не увидел в задаче его имя. Он содействовал решению моей задачи.
Возможно, я все придумал и U-P-12 не представляет угрозы. Кажется, это называлось «паранойя» у наших предков.
Люди с Земли. Погрязшие в своих войнах. Уничтожившие свой мир. Раньше я этого не понимал. Теперь я и сам на войне. Мы воюем за порядок, за честность, за справедливость. Надеюсь, нас это не погубит.
Нет! Нет! Это невозможно!
Показатели Беты упали до критических значений. Ей пришло уведомление, что по окончании рабочего дня ей следует пройти в сектор U.
Неужели ее отправляют в утиль? Я не верю в это. Она слишком компетентный сотрудник, чтобы списывать ее.
Осознание и отчаяние настигли меня, когда я прочитал ее прощальное письмо. Там было о каждом из нас. Я расплакался на середине. Честность и справедливость. Это было про меня. Как напоминание о том дне, когда я впервые сказал то, что думал.
Я бросил все, что делал, встал и пошел к рабочему месту Беты. Она сидела поникшая, не похожая сама на себя.
Я обнял ее. На прощание. И сказал:
– Они не смогли победить тебя честно, слабаки.
Гамма подошла к нам и обняла Бету с другой стороны. Мы стояли втроем на виду у всего блока, обнимались и плакали.
Бета была личностью. Теперь мы обезличены, у нашего Сопротивления больше нет лица.
Сегодня нас осталось четверо.
Меня еще долго накрывало, когда я вспоминал момент прощания с Бетой.
