Тем временем день проходил за днем, а удачного случая выбраться из заточения нам не представлялось, и это было совсем невесело. Дважды в день к нам наведывались стражники и приносили еду, не слишком изысканную, но вполне добротную. Голодом нас морить не собирались, уже хорошо. Граф Бухтер больше не появлялся – должно быть, обдумывал план нашего валяния в перьях. Стражники на наши вопросы не отвечали. Понятное дело – служба. Поговорить с ними, что ли, на отвлеченные темы, не связанные с нашим заключением? Все какое-то развлечение, да и между делом, может, удастся получить хоть какую-то информацию. О, опять идут, замком громыхают.
Изобразив на лице самую добродушную улыбку, я начал разговор:
– Ребята, а что вы все грустные и грустные, не случилось ли чего? Может, приключилась какая неприятность с нашим драгоценным графом Бухтером?
Стражники удивленно переглянулись, но на вопрос ответили. Видимо, сочли его не относящимся к несению службы. А поговорить им, видимо, тоже хотелось!
– Нет, с графом, к нашей радости, все в порядке. Здоров и прекрасно себя чувствует.
– Это просто замечательно! А то приедет герцог, а граф Бухтер нездоров. Непорядок.
Стражники недоверчиво посмотрели на нас, не понимая, с чего бы нам заботиться о здоровье Бухтера. Судя по всему, я сумел их заинтересовать. Продолжить, что ли?
– Так вот, я и говорю. Все хорошо, граф здоров, а вы в печали. Как-то это не патриотично. Где улыбки? Где бравые песни? Вы песни какие-нибудь знаете?
– Ну, так это… знаем, конечно, которые на свадьбе поют.
– Нет, это нам не подходит. Совсем не ко времени и не к месту. А еще какие?
– Я знаю колыбельные, – смутившись, признался один из стражников, чем вызвал смех двух своих товарищей.
– Очень похвально, если не сможем уснуть, мы вас позовем – споете. Но это все не то. Бравые песни, которые можно распевать в походе, вы знаете?
Бравых песен стражники не знали, и это их неожиданно огорчило. А вдруг в поход?
– Эх, ребята, как же так? Нельзя не знать ни одной бравой песни.
– А вы, ваша милость, знаете бравые песни?
– Еще бы. Уж мне ли их не знать, – самонадеянно заявил я.
– Так может, вы нас научите? – попросили незадачливые певцы почти хором.
– Так и быть, приходите вечером. Но за это выполните одну мою просьбу.
– Отпустить мы вас не можем, – сразу предупредили стражники.
– Ну что вы, какие об этом разговоры. Да мы и сами бы отсюда не ушли.
– Это почему?
Стражники удивленно вытянули шеи, последнее мое заявление никак не вязалось с нашим положением.
– Кормят у вас замечательно. И вообще, условия – просто позавидуешь. Солома на полу наилучшая.
Стражники рассмеялись (я уж думал, что они не умеют этого делать) и ушли, пообещав вернуться вечером.
– Андрэ, вы в самом деле собираетесь учить их песням? – спросил молчавший до сих пор Рамель.
– Конечно. Во-первых, мы развлечемся, а еще я хотел бы попутно узнать у них одну вещь. А именно – когда точно приезжает герцог.
– Так почему вы их об этом не спросили?
– Не все сразу. Главное, не насторожить их, а то ничего не узнаем. Начнем с песен и плавно перейдем к тому, что нас интересует.
Дело было за малым – определиться с репертуаром. Помучившись с полчаса, я так и не придумал ничего подходящего. Все бравые песни, которые я знал, никак не хотели ложиться на местную тематику. Не предложишь же им спеть: «По полю танки грохотали…»? Сразу не миновать вопросов: «Кто такие эти танки?» и «Почему они так грохочут?». «Марш артиллеристов» не подходил примерно по той же причине. А, ладно, что-нибудь соображу по ходу дела.
Стражники появились, как и обещали, вечером; понравилось им предложение выучить бравую песню.
– Ваша милость, мы готовы.
Я прошелся по комнате с умным видом.
– Так-так, сейчас посмотрим. Для начала проверим ваши вокальные данные. Спойте мне по очереди ноту ля.
Пели они до безобразия плохо, но очень старательно. Помучив минут пять наш с бароном слух воем мартовских котов, они спросили:
– Ну как?
– Для бравой песни подойдет. То, что надо.
Не огорчать же ребят известием о том, что им медведь на ухо наступил. С концертами выступать они не собираются, а для любительской песни главное – не слух, главное – настрой. А уж этого у них больше, чем надо.
– Ну что ж, запоминайте.
И я им напел на мотив «Жил-был Луи Четвертый» что-то вроде того:
