Но эта книга – не история моей карьеры. Не будет она касаться и моей жизни до того, как я приехала в Англию. О том времени вам надо знать только одно: пятнадцать лет я была любовницей женатого мужчины. Я никогда не питала иллюзий, что он оставит жену. Он был набожным католиком, страдал комплексом вины, и этот вопрос никогда не обсуждался. Даже если бы он сделал решительный шаг и развелся, я вряд ли смогла бы ужиться с его угрызениями совести. И все же, как многие страстно влюбленные «другие женщины», я время от времени предавалась мечтам, в которых его жена неожиданно умирала и он получал свободу.
Моя мечта сбылась – но не так, как рисовало воображение. Судьба распорядилась так, что я сыграла роль в реальной мыльной опере. Когда его жене поставили диагноз «лейкемия» и после долгой и мучительной болезни она умерла, он не пришел ко мне, а женился на сиделке, которая жила вместе с ними и с которой он изменял мне – и жене – несколько месяцев. Многие месяцы я считала, что это самая черная полоса в моей жизни. Я считала, что, если я просто переживу ее, так плохо уже не будет.
Я ошибалась.
Чтобы уехать из Нью-Йорка и всего, что с ним связано, я согласилась на роль в «Братстве» и улетела в Лондон, чтобы начать новую жизнь.
Через год я встретила будущего мужа. Второй раз в жизни я влюбилась и искренне верила, что нашла человека, который отныне будет любить и защищать меня.
И снова ошиблась.
Еще до того, как мы стали мужем и женой, мой так называемый возлюбленный и защитник начал меня избивать, появляться из ниоткуда и швырять меня об стену так, что синяки не сходили неделями.
Но, как и множество женщин, которые, надеюсь, прочтут эту книгу и найдут в ней утешение, я осталась с ним. Я не могла уйти. Теперь наконец я готовлю побег и надеюсь, что моя книга подтолкнет их к такому же решению прежде, чем их изобьют до полусмерти.
Я неподвижно стояла посреди кухни. Рассказ так меня ошеломил, что не было сил протянуть руку и выключить диктофон. Либо Сельма Уокер – сумасшедшая с извращенной фантазией, либо я занималась сексом с мужчиной, способным на крайнюю жестокость. И больше всего меня заставляло цепенеть от ужаса то, что я ни на секунду не сомневалась в правдивости слов Сельмы. Я сходила с ума по Баззу, но всегда чувствовала, что он – чудовище.
Я была так напугана, что, не подумав, совершила невиданный поступок: позвонила Томми в «Би-би-си» и попросила его переехать ко мне. Через пять минут я перезвонила и добавила:
– Только ничего не возомни, Томми. Это на некоторое время, пока полиция не выяснит, кто поджигает дома в этом районе.
– Я только возьму свой брандспойт и каску и сейчас же приеду, – ответил Томми, и я поразилась тому, какое на меня нахлынуло облегчение.
<p>ГЛАВА 12</p>
