Как стать герцогиней полностью

– Между попытками тебя совратить. А если честно, то у меня было не больше прав, чем у твоего дяди…

– Не сравнивай себя с дядей Эрми! Он никогда не предоставлял мне выбора. А ты всегда давал, даже когда подозревал меня и моего брата. Другой человек, менее порядочный, обязательно использовал бы это положение дел, чтобы меня шантажировать и затащить в постель. А ты никогда не опускался до этого.

– Я не считаю, что чего-то можно добиться, шантажируя человека, – признался Грей. – И сам никогда не пойду на шантаж.

Его дядя Юстас пытался заставить его подписать документы, а Грей не поддался на шантаж, не позволил себя запугать. Так что сам Грей точно не собирался применять такую тактику к другому человеку. В особенности к женщине типа Беатрис, которая всю жизнь оказывалась отданной на милость родственникам.

Он быстро понял, что они прошли через примерно одно и то же. Задолго до этого разговора он почувствовал, что у них много общего. А теперь Грей точно это знал, и от этого ему хотелось ее еще больше. А учитывая все, что Беатрис только что ему про себя рассказала, думать об этом не следовало.

Грей откашлялся и попытался напомнить себе о том, зачем на самом деле пришел сюда сегодня.

– Несмотря на то, как сильно я тебя хотел, я никогда не стал бы силой затаскивать тебя в свою постель.

– Я знаю. – На ее щеках снова появился румянец. – Я никогда не считала, что ты навязываешь мне свое внимание. И определенно ты ничего не делал так, как мой дядя.

Грей уставился на нее.

– Тем не менее… – снова заговорил он.

– Нет! – Беатрис прижала палец к его губам. – Вас нельзя даже сравнивать! И то, что делал он и делал ты, вообще не подлежит сравнению! До встречи с тобой я смотрела на брак только как на возможность для женщины оказаться финансово обеспеченной. Я думала, что отношения между мужчиной и женщиной – это только что-то грязное и неприятное. Я и подумать не могла, что можно получать удовольствие от мужских ласк.

Когда она замолчала, Грей спросил:

– А сейчас?

Ее красивые карие глаза засветились радостью:

– А сейчас я знаю, что можно получать удовольствие, прикасаясь к мужчине, от того, что находишься рядом с ним. Можно узнать мужчину так близко, что…

Он поцеловал ее. Он ничего не мог с собой поделать. Он боялся, что его действия только усилили ее страхи, но теперь обнаружил, что они, наоборот, их облегчили. А когда Беатрис обвила руками его шею, чтобы ответить на поцелуй, у него в груди учащенно забилось сердце.

У нее был рот как у ангела – искушающего ангела, от которого пахнет кларетом. Ангела, который любит красное вино. Тем не менее вкус вина у нее на языке не был таким опьяняющим, как ощущения от возможности ее целовать, сжимать в своих объятиях, от понимания, что она хочет, чтобы он находился здесь и все это делал.

И от этого ему было еще тяжелее сдерживаться. На Беатрис был надет целомудренный халат из муслина, под ним – ночная хлопковая и накрахмаленная рубашка с оборками на воротничке, рукавах и подоле. Но когда Грей сдался своему желанию и позволил рукам забраться под халат и коснуться тела Беатрис хотя бы сквозь рубашку…

Боже, эта тонкая и уже весьма потрепанная хлопковая ткань не скрывала ничего. Грею не мешал никакой корсет, и он мог дерзко и нахально ласкать красивую женскую грудь столько, сколько пожелает, и наслаждаться ее мягкостью. А потом он почувствовал сквозь тонкую ткань, как соски твердеют под его пальцами, и ему страшно захотелось продолжать свои исследования.

Он отодвинулся от Беатрис:

– Прости меня. Я не собирался пользоваться возмо…

Она заставила его замолчать, накрыв его губы своими. И именно тогда Грей понял, что попал. Он просто не мог больше сдерживаться, не мог снова не поцеловать ее роскошные губы, не мог остановиться, и все тут.

Беатрис была в раю. Боже праведный, его светлость точно знает, как нужно целоваться. Грей, можно сказать, сбил ее с ног, поразив стремительными движениями своего языка, решительными движениями рук, которые ее ласкали, и даже запахом одеколона, исходившего от волос мужчины. У нее от этого запаха кружилась голова, а тело дрожало от такого количества удовольствий одновременно.

Тем не менее что же она делает, искушая мужчину, который может привести ее только к бесчестию? Боже мой, он же считал ее способной на убийство!

Тем не менее она его хотела. Он был ей нужен. Ей хотелось прижаться к нему, забраться на него и узнать, какой он под одеждой. Ей хотелось почувствовать его внутри себя.

И не только его пальцы, как днем. Нет, она хотела его целиком! Она хотела, чтобы его мужское естество наполнило ее и прошлого больше не существовало. Да, это может быть только временно, но этим вечером и этой ночью Беатрис хотела узнать, что это такое, когда желают ее саму, такую как она есть, и желает мужчина, которому она сама хочет отдаться.

Беатрис потянула его за сюртук, и Грей сбросил его. Он в свою очередь снял с нее халат и бросил его на ближайший стул. Теперь Беатрис осталась в одной ночной рубашке, но это ее совершенно не волновало.