Какой добрый человек. Но что-то в нем было не так. Присмотревшись к нему, я заметила в светлых прядях несколько седых. У него так же не хватало одного переднего зуба, из-за чего улыбка порой казалась с изъяном, но хитрые и усталые глаза сглаживали это впечатление. На вид мужчине от сорока до сорока пяти лет. Он был широкоплечим, высоким и имел какую-то хищную грацию от природы.
— Пошевеливайся. Не согреешься сейчас, и сляжешь у меня на неделю. Я с тобой нянчиться не буду, мне за…
«За это никто не платит», — со слезами на глазах, но со смешком передразнила я, пародируя Алека, от которого уже не в первый раз слышала эту фразу.
Волнение в груди немного улеглось, и я, поднявшись, и стянув с постели простынь в которую завернулась, надеясь сразу же выскочить к Алеку с поднятыми руками и честным заверением, что я ее обязательно потом постираю, задумчиво посмотрела на своего зверя, которого тоже не мешало бы помыть:
— Так. А чем же тебя накормить?
На этот вопрос Зиро проказливо распахнул зубастую пасть, сверкнув клыками, и плотоядно улыбнулся.
— Неет. Если мы так поступим, тогда он не покормит меня.
***
— Ну, рассказывай, — стукнули о стол сапоги Алека. Чистые, между прочим. Сколько же я провалялась наверху, что он успел их вычистить?
Он расположился на стуле напротив меня, скрестив руки на груди, и улыбнулся в предвкушении.
За окнами тарабанил ливень. Завывание грозного ветра разносилось у нас над головами. Хорошо хоть крыша протекала лишь в немногих местах. Все чаще и чаще громыхало, и изредка улицы освещала вспышка молнии.
Над нашим столикам мерно раскачивалась погнутая люстра с зажженными по ее обручу свечами. Атмосфера была довольно интимной, потому что нас окутывал какой-никакой полумрак.
— Как я попала в море? — отхлебнув из чашки горячего чая, усмехнулась я.
— Давайка сначала, — осадил меня Алек. — Кто ты?
«Проще простого». И вторя моим мыслям, раздался гром.
— Я писарь, — пожала плечами.
— И что, книжки перебираешь? — нахмурился он.
— Хам, — спокойно ответила я. — Я личный писарь Дариана.
А что тут еще скажешь? Все? Прям так сразу? У него голова взорвется! У меня и то гудела первые дни!
— Кого-кого? — озадачил мужчина.
— Только имя и знаю, — призналась я, — И прозвище — «Второй сын Жакона Дарующего».
Алек кивнул каким-то своим мыслям и ответил:
— Допустим, что-то слышал про твоего хмыря.
— Попрошу без оскорблений, — грея руки о чашку, другим тоном попросила я и кивнула на лежащего в ногах Зиро, что с завидным аппетитом грыз кость и поглядывал на Алека, иногда клацая на того зубами. — Его подарок.
В тот же миг, после того, как я произнесла эту фразу, Зиро с жутким хрустом перегрыз кость пополам и утробно зарычал, не сводя хищного взгляда с мужчины, а молния подкралась совсем близко к нашему убежищу и осветила комнату с разрывающим звуком.
— Понял, не дурак, — резко убрал ноги со стола, видимо, чтобы иметь возможность быстро ретироваться, недовольно бросил Алек и, казалось бы, незаметно отодвинул стул в противоположную от зверя сторону. Жаль только скрип ножек стула выдал его поползновения.
— Откуда ты…прибыла сюда, — наконец, сформулировал свой следующий вопрос мужчина, снова рассматривая меня.
Пусть смотрит. Такой страшной я, наверное, была только в архиве Ирука, после того, как провалилась под пол. Или в лесу, когда бродила с аллергией и ужасным лицом. Или когда ползала в пещеру за первым камнем. Или…О, Творец! Я всегда была такой страшной?!
Видимо, шок отразился на моем лице и Алек недоуменно приподнял одну бровь.
А я вдруг громко и досадно чертыхнулась, отчего челюсть у Алека упала, а Зиро неодобрительно на меня посмотрел, хотя по глазам было видно, что он надо мной посмеивался, и поплотнее укуталась в простыню.
— Я из замка брата моего…нанимателя. Крепость находится в столице Литрих.
Все еще не отойдя от легкого шока, мужчина поскреб затылок и широко открытыми глазами обвел меня взглядом с головы до пят. Даже под стол заглянул.
— Тебе везли на продажу?
От такого предположения у меня на лоб глаза полезли.
— С чего вы взяли?
— Литрих находится за морем. Ты оказалась в воде. Местности не знаешь, значит, на суше не была. Ты спрыгнула с корабля? Все-таки утопленница?
Он подался вперед, опершись руками о стол, и пробежался глазами по моим рукам, в частности, по запястьям. Но, естественно, никаких следов от веревок и пыток он не увидел.
«Что же мне ответить? Его версия очень хороша и правдоподобна! Может, подыграть?»
Обманывать его мне не хотелось. Рассказывать все — курам на смех. Не поверит. Да и долго все это, близилась ночь.
— Скажем так, я знала похитителя. Он спас меня, когда я оказалась в трудной ситуации. У меня не было выбора, как пойти с ним.
— Не было выбора, — зло усмехнулся Алек, и уставился в стол, прикрыв голову руками, а затем снова посмотрел на меня, сузив глаза: «Выбор есть всегда. Даже на корабле у пиратов».
Тут стала раздражаться я.
— О, а вы, конечно, все знаете о жизни, — пришло мое время откидываться на спинку стула и скрещивать руки на груди. — И о пиратах тоже.
