Как уберечь дом от зла полностью

Когда мы говорим «дом», чаще всего подразумеваем не каменное или деревянное строение, не крышу, стену или потолок, а семью, которая в этом доме живет. О ней, своих домашних и самых близких людях, мы заботимся, их опекаем и стараемся уберечь и защитить от всякого зла – духовного и физического. Поэтому для начала давайте обсудим, каким должен быть дом и семья православного человека.

Семью часто называют «домашней Церковью». Церковь начинается для верующих людей в храме, когда они участвуют в церковных Таинствах, но продолжается и после окончания богослужения за церковным порогом и особенно в христианской семье. Можно даже сказать, что именно здесь, среди самых близких и родных нам людей, проверяется, настоящие ли мы христиане.

Семья – это первоначальная ячейка христианской общины, это «домашняя Церковь», как называет ее в своих посланиях апостол Павел (Рим. 16, 4; Кол. 4, 15).

А слово «церковь» говорит о том, что в христианской семье присутствует Сам Христос, ибо Церковь составляет Его Тело (Кол. 1, 24).

Апостол Павел так характеризует одну из христианских семей:

«Приветствуйте Прискиллу и Акилу, сотрудников моих во Христе Иисусе (которые голову свою полагали за мою душу, которых не я один благодарю, но и все церкви из язычников), и домашнюю их церковь (Рим. 16, 3–4)».

Что значит – семья как малая Церковь? На этот вопрос отвечает протоиерей Максим Козлов:

«Слова апостола Павла о семье как о « домашней Церкви» (Рим. 16, 4) важно понимать не метафорически и не в одном только нравственном преломлении. Это прежде всего свидетельство онтологическое: настоящая церковная семья по сути своей должна быть и может быть малой Церковью Христовой. Как говорил святитель Иоанн Златоуст: « Брак есть таинственное изображение Церкви» . Что это значит?

Во-первых, в жизни семьи исполняются слова Христа Спасителя: « …Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18, 20). И хотя двое или трое верующих могут быть собраны и безотносительно семейного союза, но единение двух любящих во имя Господа – безусловно, фундамент, основа православной семьи. Если в центре семьи не Христос, а кто-то иной или что-то иное: наша любовь, наши дети, наши профессиональные предпочтения, наши общественно-политические интересы, то нельзя говорить о такой семье как о семье христианской. В этом смысле она ущербна. Истинно христианская семья есть такого рода союз мужа, жены, детей, родителей, когда отношения внутри его строятся во образ союза Христа и Церкви.

Во-вторых, в семье неизбежно реализуется закон, который по самому укладу, по самому строю семейной жизни является законом и для Церкви и который зиждется на словах Христа Спасителя: « По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13, 35) и на дополняющих их словах апостола Павла: « Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Гал. 6, 2). То есть в основе семейных отношений – жертва одного ради другого. Такая любовь, когда не я в центре мира, а тот, кого я люблю. И это добровольное удаление себя из центра Вселенной есть величайшее благо и для собственного спасения, и непременное условие для полноценной жизни христианской семьи.

Семья, в которой любовь как взаимное желание спасения друг друга и помощи в этом и в которой один ради другого себя во всем стесняет, ограничивает, отказывается от чего-то, для себя желаемого, – это и есть малая Церковь. И тогда то таинственное, что соединяет мужа и жену и что никак не сводимо к одной физической, телесной стороне их союза, то единение, которое доступно воцерковленным, любящим супругам, прошедшим вместе немалый путь жизни, становится действительным образом того единения всех друг с другом в Боге, каковым является торжествующая Церковь Небесная.

За две тысячи лет христианства церковный взгляд на брачный союз не изменился, он един, так как опирается на Божественное Откровение, на Священное Писание, поэтому Церковь смотрит на брак мужа и жены как на единственный, на их верность как на необходимое условие полноценных семейных отношений, на детей как на благословение, а не как на обузу, и на брак, освященный в Венчании, как на союз, который может и должен быть продолжен в вечности».