— А потом? — Гарри тоже глупо улыбался, никак не мог наглядеться на своего изумительного хоречка и гладил его по нежной персиковой щеке, готовый просто взять и умереть за одну эту трогательную ямочку.
— А потом, Поттер, жизнь, умноженная на два. С метлами, коньяком и потрясающим сексом.
— И любовью до гроба?
— Мне кажется, что гроб наша любовь уже пережила.
— Ты же не хочешь сказать, что она закончилась, Малфой?
— Я хочу сказать, Поттер, что она только начинается, — и неприлично счастливый Драко Малфой-Поттер снова потянулся к губам своего мужа.
