Итак, 1947 год. «26 марта у Иосифа Виссарионовича начался понос; слабило за день раз 10. <…> Сегодня 27-го с утра общее самочувствие было удовлетворительным. Аппетит с утра был. <…> Слабило весь день понемногу, но часто. Сегодня за день слабило около 20 раз. Слизи в испражнениях и крови не заметил. К вечеру стало познабливать, появилось чувство общего недомогания, t в 5 часов была 38,5.

<…> 28. III. 9 часов утра. Ночь не спал совсем. <…> Стул был с 7 часов вечера до 9 часов утра 11 раз. <…> 16 часов 30 минут. <…> нередко прощупывается несколько увеличенная печень. <…> 21 час. <…> Стул с 17 часов до 21 часа… (4 раза), состоящий из слизи и крови от ½ до стакана…»

Что ж, всякое бывает. Однако далеко не всё было так просто, как это часто бывает почти у всех в подобных случаях! Оказывается, Сталину стало чрезвычайно плохо (якобы!) после лекарства «сульгин» (сульфагуанидин). Ещё зимой были предположения, что в нём содержится яд замедленного действия. Однако тогда 08.01.47 первый анализ (№ 280/92) ничего не показал. Тем не менее продолжали (в том числе, вероятно, и сам Сталин) грешить на яд именно в этом лекарстве.

И вот его «по поручению Аптеки за № 884 (Протокол исследования № 0884)» 27 марта 1947 года (то есть, когда болезнь(?) стала действовать не на шутку) сдают на повторный анализ в Контрольную лабораторию Лечебно-Санитарного Управления Кремля. И контрольный анализ подтверждает, что в сульгине «солей тяжёлых металлов, мышьяка, сульфатов, хлоридов — не обнаружено. Анализ производила Жамова». Это всё, конечно, могло быть именно так, если не иметь в виду признания сына Берии, что у отца везде были свои люди, готовые действовать по его указанию. Между тем складывавшаяся тогда вокруг Берии обстановка подстёгивала его не быть «бараном, послушно идущим на бойню».

…В тот же день, точнее, вечером в 22 часа 25 минут по поручению начальника ЛСУ Кремля А.А. Бусалова в Клинико-Диагностической Лаборатории Лечсанупра Кремля (телефон 302-25) было произведено срочное «исследование экскрементов № 25745 на имя гр. Кузьмичева С.Ф.» (новый псевдоним Сталина на случай чрезвычайных обстоятельств). И вот тут в анализах угрожающе отмечаются (с намёком на использование против вождя яда и бактериологического оружия?): «слизь в большом количестве, <…> лейкоциты — в значительном колич(естве), эритроциты (кровь, — НАД.— в небольшом колич(естве)» и другие вызывающие страшные предположения показатели.

К тому же, к ужасу врачей, обнаружен рост и даже резкий скачок белка в моче от 0 до 0,45 промилле в 2 часа 10 минут 28 марта, что ещё больше усиливает подозрения… Однако 28.03.47 Контрольная лаборатория ЛСУ Кремля за подписями Уткиной и Жамовой снова успокаивает — дескать, всё нормально: в моче больного «солей тяжёлых металлов и алкалоидов — не обнаружено».

Между тем состояние Сталина не только остаётся чрезвычайно тяжёлым, но и в чём-то продолжает серьёзно ухудшаться. В «Исследовании экскрементов № 26068 от 28.03.47 в 19 час. 10 мин. (обнаруживается, — НАД.) слизь и кровь в значительном количестве». В 21 час отмечается рост белка до 0,75… В 23 часа 40 минут — 0,90. Врачи А.Н. Бузников и В.Н. Виноградов, напуганные таким развитием событий, начинают опасаться разрушения почек… Наблюдаемое отслоение клеток почечного эпителия действительно может вести к такому исходу. «29. III. 10 часов. <…> t в 9 часов 37,6, пульс 84. <…> Спал урывками 10–15 минут. Жалобы на слабость и боли в боках и спине. <…> Стул с 21 часа вечера до 9 часов утра 18 раз…» Начинается обезвоживание организма. Поэтому врачи приписывают: «По-прежнему обильное питье 6–8 стаканов в сутки».

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги