Итак, Таль убрал Бухарина, а Таля и его людей убрал Мехлис. Для многих будет новостью, что евреи разгромили евреев. И это, быть может, заставит засомневаться в серьёзности мифа об исключительной сплочённости еврейского народа, а вместе с тем признать, что и для евреев значение идей выше значения самосохранения нации.
При сравнении времён и нравов (ради исторической справедливости) стоит обратить внимание на тот факт, что, как теперь во многих цивилизованных странах существует запрет на занятие ряда государственных должностей работниками госбезопасности и разных спецслужб, так и в 20–30 годы тоже действовали подобные правила… и не только в Советской России. Это (во все времена!) при ближайшем и добросовестном историческом рассмотрении не только объяснимо, но и достаточно оправдано!
…Теперь, когда мы проследили всю цепочку зарождения репрессий 37 года на примере коллектива газеты «Известия», становится понятным: насколько серьёзной могла становиться любая, на первый взгляд, безобидная, написанная от руки записка, если она попадала в руки таких проницательных людей, как Хрущёв. Людей, способных любому делу придать такой необратимый ход, что останавливалось оно лишь тогда, когда всё заходило в драматический и даже трагический тупик, как это было с Бухариным…
Бухарин: У больших людей — большие масштабы
…Начались аресты. В 1911 году из архангельской ссылки бежал за границу, где работал под руководством Ленина. Так что, как говорится, было не до университетов. Позже вождь в связи с этим скажет:
Между тем такие слова вождя не помешали Бухарину занять чрезвычайно высокое положение. Во многом произошло это благодаря тому, что он прославился беспощадной борьбой вначале с Троцким, а потом с Зиновьевым и Каменевым. Однако, когда в 1929 году сам занял позиции, объявленные большинством ЦК «правым уклоном», Сталин, опираясь на ленинскую характеристику, поставил вопрос: «Тов. Бухарин как теоретик». Вывод был ошеломляющий: Бухарину следовало бы быть скромнее, учиться диалектике, а он через год после смерти Ленина печатает в сборнике «Революция права» статью «К теории империалистического государства», не принятую при Ленине.
В итоге Апрельский Объединённый пленум ЦК и ЦКК 1929 года решает, что действия Бухарина Николая Ивановича расходятся с политикой партии. Его освобождают от должности ответственного редактора «Правды» — главной газеты страны, которой он руководил с декабря 1917 года. Но Бухарин от своих взглядов не отказывается и продолжает выступать против генеральной линии ВКП(б). И тогда (через полгода) уже Ноябрьский пленум выводит его из Политбюро, членом которого он был с 1924 года, а кандидатом в члены избран ещё в 1919-м…
Такими были последствия выступления Бухарина против, по его мнению, необоснованного форсирования темпов индустриализации и против чрезвычайных мер, введённых в связи с хлебными затруднениями и ударивших по зажиточному крестьянству. Эта тема подробно освещалась в средствах массовой информации, а вот о том, что было потом, знают только посвящённые. Поэтому есть смысл представить один из самых скандальных документов того времени. Документ связан с именем по сей день не изученной личности «непотопляемого члена Политбюро» А.И. Микояна, про которого вместо характеристики знаменитый шеф КГБ В.Е. Семичастный предложил мне два анекдота. Первый: «Без инфаркта и паралича — от Ильича до Ильича». То есть от Ленина до Брежнева. Второй: «На улице ливень. Вбегает Микоян. На нём ни дождинки. — Анастас Иваныч, как это вам в такой дождь удалось остаться сухим? — А я между струй… Между струй!!!» «Вот! В этом весь Микоян», — заключил Семичастный.
