«Думаю, он на минуту испугается, но быстро придет в себя. Возможно, включит тебя в план здорового питания или что-то в этом роде. Никакого шоколада для тебя».
Я:
«Я не забеременею, так что это неважно».
Татум:
«Если подумать, мне нравится эта идея. Ты же знаешь, что Анастасия начнет настойчиво требовать от нас ребенка после того, как скрепится узами пары её последний мальчик. Если Би забеременеет, это снимет с нас всё давление».
Майлз:
«Это верное замечание. Кто-то должен взять ответственность на себя, а Бринн действительно хочет большую семью».
— Почему Рафаэль только что написал мне, что я должен обрюхатить тебя, как только наши узы будут скреплены? — спросил Баш, и моя голова повернулась в его сторону.
— Что? — моё лицо запылало. — О, это. Точно. Татум и Майлз пытаются убедить меня, что нам нужно завести ребенка после того, как мы скрепим узы, чтобы твоя мама не начала приставать к ним с подобными просьбами. В какой-то момент я обмолвилась о том, что хочу большую семью, и они решили, что я должна взять ответственность на себя.
— Ты хочешь большую семью? — Баш был удивлен.
— Да. У меня три брата, и, несмотря на их недавнюю чрезмерную опеку, мне всегда нравилось знать, что я не одна.
Он замолчал.
Было очень тихо.
— Я не говорю, что нам нужно будет завести большую семью, если мы всё же решим скрепить узы, — быстро добавила я. — Знаю, что это решение нужно принимать вместе с мужем. Или с моей парой. Я…
Он положил руку мне на бедро, и я замолчала.
— Я уже давно не думал о детях. Ты застала меня врасплох, вот и всё. Честно говоря, я не знаю, что чувствую по этому поводу.
Я кивнула, сглотнув комок в горле, и посмотрела в окно.
Я не была готова к тому, что узы пары будут развиваться так… необычно. Я росла человеком, в моём сознании естественным вариантом была дружба, свидания, помолвка, а затем брак.
Вместо этого наши отношения начались с игнорирования связи, затем отказа действовать в соответствии с ней, странной дружбы и секс-дружбы. Это казалось странным, и я не знала, как к этому относиться.
Но такова жизнь, подумала я.
И, конечно, я не могла жаловаться на то, что у меня есть секс-друг.
Баш отнес мой чемодан наверх, оставил его в моей комнате и окинул взглядом помещение. Выражение его лица говорило о том, что он о чём-то думает, но не выдавал никаких сведений.
Я сказала ему, что собираюсь принять душ и переодеться, прежде чем готовить, и, когда я выпроводила его из комнаты, он не стал жаловаться.
Когда я вошла в ванную, мой телефон завибрировал от очередного сообщения.
Баш:
«Пошел по делам. Скоро вернусь. Не уходи без меня».
Я:
«Ты понимаешь всю иронию в том, что уезжаешь без меня и просишь меня не делать того же?»
«Кроме того, если ты встретишь женщину, в том числе Синди, я вырву твои крылья из твоего тела».
Баш:
«Я не встречаюсь с женщиной. Сколько раз мне нужно повторять, что я твой?»
Я:
«Тогда почему ты должен идти один?»
Баш:
«Я позвонил в одно место. Они не ответили. Хочу сделать тебе сюрприз».
Сюрприз?
На самом деле это было очень мило.
Я:
«Отлично. Пришли мне фото, чтобы я знала, что ты не встречаешься с кем-то тайно».
Фотография совсем недовольного Бэша, сидящего в «Хаммере», пришла сразу же.
Баш:
«Счастлива?»
Я:
«До мурашек».
Баш:
«Я бы хотел пощекотать тебя до мурашек».
Я фыркнула.
Я:
«Что случилось с безразличным, скучным Себастьяном?»
Баш:
«Наконец-то он приник ртом к телу своей пары. Теперь назад дороги нет».
Я прикусила губу, чтобы не усмехнуться.
Я:
«Развлекайся, делай своё дело. Не прикасайся к другим женщинам».
Баш:
«Не трогай себя. Ты не должна достигать оргазма, пока я не буду рядом».
Моё тело запылало.
Я:
«А что, если я это сделаю?»
Баш:
