Открыв дверь, она увидела напротив двери кресло, в котором сидел Влад. Шторы были плотно занавешены, и внутри царил полумрак, лишь немного рассеиваясь вокруг лампы, стоящей возле кресла на столе. Влад был в брюках, босиком, с голым торсом. Он сидел, не шелохнувшись, не веря своему счастью. Софья стояла напротив него, не веря своей глупости, что она все-таки поставила на кон все ради него. Даже сына. Их сына.
– Иди ко мне, – проговорил с хрипотцой Влад. – Иначе я начинаю думать, что это мне все снится.
Софья выпустила из рук сумочку, сняла перчатки и бросила их здесь же, к своим ногам. Медленно расстегнула бежевый плащ, и он плавно соскользнул с нее. Она стала расстегивать клетчатый пиджачок, по-прежнему смотря неотрывно в глаза Влада. Он облокотился на руки, поставив их на колени на локти. Комнату заполнял стук сердца. Казалось, оно билось одно, но в них обоих. Вот он, кульминационный момент двух жизней. Раз – и на полу пиджак. Два – юбка. Немного погодя три – сорочка. Влад смотрел, не отрываясь. Это уже не девическое тело, у Софьи стала пышная грудь, бедра стали шире, ноги по-прежнему такие же стройные. Женщина подошла вплотную, поставив ногу между ног Влада. Да. Он тоже изменился – мышцы, грудь, покрытая волосами. Влад поднял голову, чтобы видеть лицо любимой женщины, но уже не контролировал свое тело: одна рука скользила по ее бедрам, отстегивая чулки от пояса, другая сжимала грудь. Ему бы хотелось, чтобы рук было как минимум четыре или восемь, чтобы он смог прикоснуться везде. Он аккуратно спустил трусики, Софья перешагнула, чтобы освободиться от них. Но их он спрятал в карман своих штанов. На случай, если завтра он будет думать, что это был сон. Слегка он прикоснулся рукой к золотому треугольнику волос, Софья вздрогнула. Влад запустил пальцы дальше, чувствуя бугорок и нежные бутоны, вызвав этим стон. Свой или ее, он сам не знал. Все так же нежно, двигая пальцами взад и вперед, он почувствовал на них ее влагу. Она стонала, двигаясь в такт с его движениями. Его штаны сейчас были явно ему малы и ужасно стесняли, было больно и приятно одновременно. Хотелось бы продлить это мгновение навечно, чтобы постоянно до конца жизни только это и чувствовать: ее желание и предвкушение. Софья опустилась перед ним на колени и стала расстегивать ему штаны. Его член, буквально, выпрыгнул на свободу, звеня своей силой и желанием. Она обхватила его руками, и Влад застонал. Его руки сжали подлокотники со всей силы, он боялся наброситься сейчас на нее и разорвать на кусочки в порыве страсти. Она переняла эстафету и продолжала играть в его игру, он был готов умереть от наслаждения. Его член вдруг почувствовал горячую влажность и порхание язычка. Оооо, как она это умело делала… Руками и ртом она доводила его почти до грани жизни и смерти, он стонал, продолжая сжимать подлокотники кресла. Еще немного и они разлетятся ко всем чертям.
– Стой, – вдруг сказал он хриплым голосом и руками поднял ее голову от своего органа. – Я сейчас умру, если ты не остановишься.
Софья понимающе улыбнулась, встала и залезла ему на колени. Снова обхватила рукой его член и направила внутрь себя. Влад снова ощутил горячую влажность вокруг своего органа и невыносимое желание. Он был готов взорваться прямо сейчас. Она это понимала, поэтому просто сидела на нем, не шевелясь. Он отдышался и стал целовать ее в шею, лицо, губы, она все это принимала и начала двигаться на нем.
– Я тебя люблю… я тебя люблю… – шептал он, чередуя слова с поцелуями. – Ты моя, только моя… я больше не могу… прости… это слишком… – Влад застонал, сжав ее в своих объятьях, кончая прямо в нее. – Боже… Я чуть не умер… – Он покрывал поцелуями ее лицо, шею, губы, он не мог поверить в происходящее. Софья продолжала двигаться, ускоряя темп, в ее глазах он по-прежнему видел желание и страсть. Через минуту и она застонала, извиваясь в конвульсиях оргазма, и упала на него, тяжело дыша. Они сидели так еще долго, приводя в порядок свое дыхание.
– Мне нужно в ванную, – сказала девушка и удалилась. Вернувшись через несколько минут, она легла на кровать, смотря на него приглашающим взглядом. Он последовал ее примеру.
– Знаешь, – сказал он. – Меня всегда удивляет то, что ты занимаешься любовью как в последний раз.
Софья рассмеялась:
– Но это так и есть! Первый раз я считала, что умру. Второй раз я боялась, что убьют тебя, а сейчас… я не знаю, встретимся ли мы с тобой еще раз…
– Тттссс… ничего не говори. – Влад сжал ее в своих объятиях. – Никому больше тебя не отдам.
Вечером Софья поговорила с мужем и рассказала всю правду про русского Владислава, который спас ей жизнь на войне, и которого она любила всегда, умолчав про встречу в отеле. Муж не стал чинить препятствий и отпустил ее. Золотой человек. Она это знала всегда, с самого начала. Сам подал на развод. Влюбленные, вместе с сыном, переехали в Польшу. Там сыграли свадьбу, и Софья снова стала Калининой.
