Как возникла Библия полностью

В 1897 году два молодых человека, Гринфел и Хунт, принялись за раскопки древних свалок в районе Оксирхинхус, неподалеку от Ливийской пустыни, 15 км к востоку от Нила. Уже скоро они обнаружили здесь и, прежде всего, немного восточнее, в Файуме, многие тысячи папирусов, среди них — некоторые новозаветные фрагменты из третьего века. Изучение этих материалов вскоре показало, что египетские христиане уже в те древние времена имели в основном тот же текст, который мы встречаем в больших кодексах четвертого-пятого веков. Это очень важное открытие, так как некоторые критики высокомерно утверждали, что церковные правители времен императора Константина Великого внесли грубые изменения в текст Нового Завета. Однако бесчисленные тексты и переводы третьего и последующего веков ясно высказались за противоположное утверждение — очередная атака критиков лопнула, как мыльный пузырь. Простые египетские крестьяне второго века, в сущности, читали тот же Новый Завет, что и ученые двадцатого столетия. Кроме того, структуры текстов этих древних папирусов наряду с другими, очевидно, «александрийского» происхождения, часто демонстрировали типично «западные» черты, и ни один из них не был «византийским».

Эти папирусы дают ответ и на другой вопрос: долгое время господствовала точка зрения, что Новый Завет написан на особой разновидности «речи Святого Духа», потому что греческий язык Нового Завета сильно отличался от языка известных классических произведений того времени. Папирусы, однако, показали, что Новый Завет написан на разговорном языке первого столетия — на койне-греческом. Это был не, как полагали некоторые отцы Церкви, «специально разработанный для Нового Завета язык», а язык, распространенный в те дни на всем средиземноморском побережье, язык торговцев, рыбаков, простого народа. Когда ученые познакомились с этой разновидностью языка папирусов, стали яснее и многие выражения Нового Завета. Кроме того, характерный для первого столетия греческий язык был дополнительным свидетельством (в пику мнениям многих критиков) в пользу того, что текст действительно был написан в первом столетии н.э. Так папирусы сыграли большую роль в библейской науке еще до того, как были обнаружены «большие папирусные Библии».

Затем последовало великое открытие 1930 года, находка, сопоставимая по своей ценности только с Синайским кодексом. На восточном берегу Нила, напротив Файума, на старом коптском кладбище несколько арабов нашли кучу глиняных кувшинов с древними папирусами. Они прошли через руки многих торговцев, пока львиную долю их не скупил Э. Честер Битти, известный американский коллекционер, живший в Англии и обладавший большой коллекцией древних рукописей. Мичиганский университет также купил небольшую часть папирусов, еще 15 страниц ушли в другое место. 17-го ноября 1931 года сэр Фредерик Кеньон опубликовал свое открытие в «Тайме»: обнаруженные фрагменты манускриптов содержат большое число отрывков из многих книг Библии. От греческого Ветхого Завета сохранились следующие фрагменты: Бытие (300 г. н.э.), Числа и Второзаконие (первая половина 2-го века) и частично — Иезекеиль, Даниил и Есфирь (первая половина 3-го века). Но наибольшую ценность представляли фрагменты Нового Завета: четверть копии (шифр Р45) четырех евангелий и Деяний Апостолов (первая половина 3-го века).

После обмена рукописей их хозяевами рукопись Р46 была добавлена к почти полностью уцелевшим посланиям ал. Павла (начало 3-го века), причем Послание Евреям следовало сразу за Посланием к Римлянам — указание на то, что тогда ни у кого не возникало сомнений в авторстве ал. Павла. Наконец, среди папирусов была обнаружена и рукопись Р47 с третью книги Откровения из начала третьего века.

Можно себе представить, как важна была эта находка. Кроме пастырских и общих посланий, были найдены фрагменты всех новозаветных книг, и возраст письменных свидетельств греческого текста Библии (точнее, ее отдельных частей) сместился с 4-го до начала 2-го века н.э. Кроме того, структуры рукописи Р45 были совершенно непохожи ни на «александрийские», ни на «западные» (еще меньше на «византийские»), а структура Евангелия от Марка была типично «кесарийской».