Листик втянула носом воздух и брезгливо поморщилась:
— Ну что теперь делать с этим вонючкой? Может сжечь?
— Им нужен трофей, они же должны чем-то доказать, что победили дракона, — кивнула Докия в сторону растерянно озирающегося Яромира. Витязь вздохнул и сказал:
— Наша заслуга в том, что этот дракон повержен, совсем мала, ведь это же вы…
— Да ладно, — махнула рукой Листик, — вы же сражались, ты и княжич! Вон он даже ранен, вернее стукнут. Можно сказать, что дракона победили вы, а мы только чуть–чуть вам помогали. Правда?
Листик повернулась к ведьмачке, прячущей свой меч в деревянный посох, та согласно кивнула:
— Конечно! Сражаться со всякой нечистью и нежитью — моя работа. Так что Листик права, к тому же, шкура дракона дорого стоит, если мы поделимся — вам слава, а нам шкура, то я буду вполне удовлетворена.
— Уважаемая, а сколько стоит шкура дракона? И как вы намерены делиться? — забеспокоился Урторио. Докия усмехнулась:
— Честно поделимся, мне треть, а княгине Ли…
— Карэхите! — поправила Листик и показала на девушку, продолжавшую держать на коленях голову Световида. — Она, рискуя жизнью, спасла богатыря, да и ваш витязь без неё бы пропал. Ведь правда?
— Несомненно! — важно кивнул Урторио. — Вклад княжны Карэхиты в общую победу весьма значителен и заслуживает награды!
— Ага! — Тоже кивнула Листик и, посмотрев на тушу дракона, задумчиво сказала: — Только вот кто эту награду будет с этого вонючки снимать? А? Да и сама награда нуждается в чистке. Уж очень она пахнет!
Никто из присутствующих такого желания не высказал, девочка сокрушённо покачала головой:
— Вот, как с драконом драться и витязи с богатырями тут как тут, а как шкуру снимать, так нету никого! Просто ужас!
Урторио был согласен с Листиком, что снимать шкуру с этого дракона — просто ужас, хоть девочка высказалась по другому поводу. Но сумма, что можно было выручить за шкуру, и которую назвала Докия, была очень велика, ведь эта шкура была, практически, целая. Урторио жалобно посмотрел на рыжую девочку, а она сделала вид, что тяжело вздохнула:
— Всю грязную работу приходится делать самой! Снять шкуру с этого вонючки, подвиг, может, ещё больший чем его одолеть!
Все склавонцы, даже подошедшая Светолана, и теперь осторожно выглядывающая из-за спины Урторио, с удивлением смотрели на Листика. Снять шкуру с дракона очень непросто, ведь она очень крепкая, крепче стального доспеха, потому так ценится, а девочка собралась её сама снимать. Как она сможет это сделать? А Листик их удивила ещё больше, спросив:
— Скелет вам нужен? Кости сохранять? Если нужен, то как? Сложить кости по отдельности или оставить так как они на драконе, вернее в драконе?
Тут уж и Докия проявила заинтересованность — до сих пор не удавалось сохранить скелет дракона целиком, только отдельные фрагменты. Если Листик сможет это сделать, а она — Докия — доставит такой скелет в замок ордена охотников, то это будет подвиг, гораздо больший, чем просто победить дракона! Ведьмачка даже зажмурилась от предвкушения… Но глянув на маленькую рыжую фигурку, с сожалением сказала:
— Листик, разве это возможно? Шкуру снять, я ещё понимаю — снять можно, хотя возни будет на пару недель, но освободить скелет от плоти дракона?.. Не успеешь — мясо загниёт! Да и сам скелет развалится — кости-то, ничем не будут скреплены!
— Ага! — заулыбалась девочка и, повернувшись к лесу, строго сказала: — А ну! Выходите!
Появившиеся существа, покрытые грязно–серо–бурой шерстью, имели непропорционально большие головы, такие же большие зубы и передвигались — кто на четырёх лапах, а кто только на задних. Вид этих существ внушал бы страх, если бы не вызывал сильное отвращение.
— Турунпы! — выдохнула Докия, выхватывая свой меч, то же самое сделал и Яромир. Ведьмачка пояснила, скривившимся от отвращения Урторио и Карэхите: — Турунпы — падальщики! Обычно живут поодиночке, но если собираются в стаю — то очень опасны! А тут такая большая стая!
— Ага, — согласилась Листик, — вот я тоже думаю — чего их столько сюда набежало? Было же всего несколько! Я им внутренности и остатки козлов скармливала. А что? Куда мне всё это было девать? А так вокруг пещеры чисто.
Девочка повернулась к застывшим у туши дракона турунпам и строго сказала:
— Значит так! Чтоб до вечера мне всё съели! Ну, то, что не съедите, с собой унесёте, но чтоб вони здесь не было! Шкуру — есть нельзя! Её хорошенько вычистить и вон туда положить! Кости не грызть! Аккуратно обглодать, так чтоб чистые были и чтоб скелет не развалился! Чем скрепить? Сами придумайте! Понятно?
Падальщики закивали, а самый большой, стоящий впереди всех, хоть и невнятно, но вполне разборчиво прорычал:
— Сделаем, младшая хозяйка!
Турунпы хоть и с трудом, но прогрызли шкуру дракона на брюхе и с хрустом чавканьем вгрызлись туда, некоторые так увлеклись, что из мёртвого дракона торчали только их задние ноги и кончик хвоста, вонь при этом только усилилась. Люди с отвращением на это смотрели, а Листик, оправдываясь, сказала:
— Они по–другому не умеют. Падальщики и есть падальщики.
Глянув куда-то верх, девочка позвала:
— Вимина, Вимина!
