— … этот новоявленный король — преступник! Он совершил преступление против всех народов Иллиарды. Ради своего больного тщеславия и непомерной гордыни он привел на ваши земли чужаков, он с легкостью предал смерти тысячи ваших братьев и сестер, друзей и знакомых. Он уничтожил ваши города и сейчас терроризирует всю страну. Эти жуткие создания — зьярды — они могут только убивать, мучить, уничтожать.
Позволите ли вы продолжаться этим преступлениям? Позволите ли вы и дальше сидеть на троне самозванцу, который пленил вашего законного правителя и убил вашу любимую княжну? Будете ли вы и дальше покорными барашками, которых ведут на заклание, или вспомните о том, что вы — эльфы, гордые Эйлины, повелители воды?
Согласны ли, взяться за оружие и отомстить захватчикам за свою землю, за свой народ, за своего князя? Готовы ли вы пожертвовать собой ради счастья и мира всей Иллиарды? Кроме нас некому дать отпор врагу! За нами Иллиарда! Наше дело правое! Мы — победим!
Над городской площадью Грайды прокатился приветственный крик. Эльфы из военных отрядов потрясали над головой оружием, готовые ринуться в бой с врагом. Алена обернулась к Сэму и Мэйрону:
— Выводите отряды за городскую стену, и с наступлением темноты выдвигайтесь в сторону Маритеры, помните, к рассвету вы должны преодолеть большую часть пути, для отдыха остановитесь в Абарите, селение пусто, так что вас там никто не потревожит. В течение завтрашней ночи вы должны успеть подойти к столице и атаковать с рассветом, иначе мы с Виеалой и Инни окажемся в весьма затруднительном положении. Ну, что, мальчики, с Богом?
Сэм крепко обнял Алену.
— Сестричка, не волнуйся, мы все сделаем как надо. Вы тоже не рискуйте по пустякам, договорились? Может, вместо вас пойдет кто-то другой? Тот план, что вы придумали, мне кажется слишком опасным.
— У меня не получается придумать способа освободить пленников, который был бы не опасным, — горько усмехнулась девушка.
— Удачи, сестренка!
Аленка молча кивнула, в горле стоял комок, и она отчаянно боролась с готовыми пролиться слезами.
В белом свете луны четко были видны силуэты охранников на фоне блестящей хрустальной дворцовой стены. Ольд Делаар переглянулся с Аленой, оценивая ситуацию. Приказания были отданы шепотом, и часть небольшого отряда неслышно растворилась в ночном сумраке. Вскоре, криком ночной птицы, был подан сигнал, что все на местах, и можно начинать операцию по вызволению заключенных.
Один из часовых настороженно поднял голову, подозрительно принюхался, но потом вновь вернулся к прерванному разговору с товарищами. С трех сторон к замку бесшумно двинулись тени. Не слышно было ни звука. Зьярды даже не успели осознать того, что произошло.
Сняв наружную охрану, эльфы оставили часть отряда на улице, чтобы в случае чего они подали сигнал тем, кто идет внутрь замка. Виеала встретила их у черного входа и запутанными темными коридорами повела к спуску в замковые подвалы. Здесь они остановились, спрятавшись в тени широкой лестницы. Часы на дворцовой башне пробили три раза. Смена караула. Дверь в подземелье открылась, выпуская дюжину вооруженных арбалетами и тяжелыми мечами зьярдов. Охранники громко протопали к выходу.
— Вперед! — едва различимым шепотом произнес Ольд Делаар.
Спустившись по ступеням, Ольд постучал в огромную, обитую железом дверь. С той стороны завозились, и что-то сказали в смотровое окошко на грубом гортанном языке. Щелкнул замок, выпуская в темноту коридора яркий луч света. Инниана, резко вскинув руки, послала в открывшийся проход мощную воздушную струю, сметая с дороги незадачливого привратника. Приложившись о каменный пол, зьярд потерял сознание. Ольд отцепил от его пояса связку ключей и бросился к дверям.
Они выводили пленников в коридор, снимали с них амулеты подчинения, и усаживали рядочком, вдоль стены. Им оставалось открыть еще одну камеру, когда на лестнице послышались шаги стражников.
— К стене! — скомандовал Ольд Делаар, обнажая меч.
— Подождите, Ольд, позвольте мне, — Аленка коснулась плеча эльфа.
В дверь громко застучали и закричали. С трудом, приподняв тяжелый засов, Алена приоткрыла дверь ровно на столько, чтобы в нее мог войти только один воин, и сжала в кулаке подвеску Активатора, сосредотачиваясь на своем желании. Как только первый зьярд переступил порог, в него ударила тонкая, едва заметная изумрудно-зеленая молния. На миг замерев, зьярд пошел дальше, с абсолютно остекленевшим и пустым взглядом. Всех остальных стражников постигла та же участь. Когда безвольных зьярдов завели в камеры, Инниане пришла в голову еще одна идея, она развесила на стражников те самые амулеты подчинения, которые перед этим сняли с пленных.
Бывшие заключенные выглядели неважно, сказывалось долгое воздействие амулетов, выкачавших из них слишком много энергии. У Айлана, к тому же обнаружилось несколько ран и перелом руки.
