Я послушно читаю правила. Они простенькие. Каждый игрок кидает два кубика – это оружейный залп, по сочетанию цифр подсчитываем класс и количество убитых. Еще есть пушки, они стреляют резинкой. Хм-м. Действительно забыл. Оказывается, гибнет не только тот солдат, в кого попала резинка, но и два соседних.
Интересно.
Мы расставляем солдатиков. Злата выбрала английскую армию, а мне досталась роль Наполеона. Я расставляю 13-й полк легкой пехоты и пешую артиллерию старой гвардии.
– Еще этих! – говорит девица.
Злата тащит в игру набор пластиковых викингов – и двух огромных пещерных людей. Эти наборы я купил в приступе ностальгии по советскому детству. Мы честно делим солдатиков пополам – по четыре викинга и по одному неандертальцу. Поехали!
Первым же выстрелом Злата убивает у меня генерала и двух гвардейцев. Я в ответ выношу одного егеря.
Пещерные люди злобно скалятся, ожидая своей очереди.
– А это у нас будет поединок, – говорю я Злате. – Один на один. Бросай кубики, у кого больше, тот выиграл.
Злата согласна. Но ставит условие:
– Кто проиграет, рисует морковку!
– Морковку?
«Парус, порвали парус!» То есть шаблон.
– Да!
– А… зачем?
– Папа, – говорит Злата и смотрит на меня. – Ты что, не хочешь нарисовать морковку?
Бросаем кубики. 5 и 7. Мой неандерталец проиграл. Извини, злобный доисторический чувак. Это война. Я убираю его в коробку, к павшим французским товарищам.
– Папа, рисуй морковку! – требует Злата.
– Э-э… – Я озираюсь. Где там у нас карандаши?
– Хочешь, я за тебя ее нарисую? – предлагает дочь.
– Давай.
– Да! – Злата радостно вздыхает. – Я так давно хотела нарисовать морковку!
В общем, два войска стоят и ждут, пока юный «герцог Веллингтон» дорисует морковку.
Как там сказал Лев Толстой? Красота спасет мир?
Ну, или морковка.
Юный «герцог Веллингтон» нарисовал морковку, а потом перебил всех моих солдат. «Гвардия погибает, но не сдается». И я остался один, как Наполеон на острове Святой Елены. В общем, морковка тоже не спасла. Теперь вся надежда на красоту.
Едим пельмени и смотрим со старшей дочерью «Призрак оперы». Призрак (царь Леонид Джерард Батлер) поет Кристине о власти музыки. В роли Кристины – юная и хорошенькая Эми Россам.
Василиса, задумчиво:
– Интересно, а если бы она была страшненькая, но хорошо пела, он бы ей помогал?
Хороший вопрос, Василиса. Хороший вопрос.
– Ты тоже красивая, – говорю я.
Дочь вскидывается так, словно ее ошпарили:
– Э! Я не об этом!
В Москве внезапно потеплело, дороги превратились в грязную кашу. Машина стояла у обочины, поэтому я опознал ее только по силуэту. Чертыхаясь, протер лобовое, зеркала и кусочек стекла с водительской стороны.
Едем со Златой на танцы.
Злата из детского кресла, задумчиво:
– Папа, а давай, когда наступит весна, ты помоешь мое окно?
Дочь вся в меня, точно.
Долгосрочное планирование – мой конек.
