Сначала было ничто, потом какое-то полузабытье. Сознание все время ускользало, хотя одна мысль уже живо билась в голове, пытаясь разбудить другие, спящие участки головного мозга. Эта мысль была – приказание прийти в себя. Он ухватился краешком сознания за нее, как за спасительную соломинку. На какое-то мгновение его сознание заполнили свист и грохот, но это длилось недолго. Потом наступила звонкая тишина, и он окончательно пришел в себя.
Он лежал под прозрачным колпаком, который, как только сознание вернулось к нему, приподнялся и сдвинулся в сторону. Он еще с минуту полежал, чувствуя, как мышцы тела снова становятся сильными, а память начала восстанавливать события прошлого, пока не охватила все, что должна была охватить. И тогда он легко соскочил с возвышения. Теперь он помнил и знал все. Знал, что система «воскрешения» где-то дала небольшую сечку. Он не должен был чувствовать этого неприятного момента перехода к жизни.
«А как же дети?» – подумал он. Их каюта находилась в соседнем помещении. И пока он шел к двери рубки управления, успел взглядом обежать все световые индикаторы.
Все было нормально, кроме одного зеленого глазка, который, казалось, извиняюще подмигивал ему. Это был его индикатор. Ну что ж. Он разберется, что случилось, когда они будут собираться в обратный путь. А теперь к детям.
Когда он открыл дверь детской, то сразу понял, что здесь все в полнейшем порядке. Вернее, в беспорядке. Дети кидали друг в друга подушками, и от этого в комнате был шум и визг. «Переход» они, видимо, перенесли прекрасно.
– Папка! – крикнула Вина. – Мы закидали Сандро подушками! Он первый начал.
– Да, я начал первым, – сознался Сандро. – Мне было очень весело, а они немного куксились. Нужно же было их растормошить.
– Отец, мы уже прибыли на место? – спросила Оза. Она была старшая и, не дожидаясь, пока отец напомнит им, начала наводить в детский порядок.
– Да, – ответил отец. – Мы уже прибыли, корабль вышел на орбиту спутника этой планеты. И если вы поторопитесь, то успеете посмотреть на нее в обзорный экран.
– Я первая! – крикнула Вина.
– Я думаю, – поправил ее отец, – что ты будешь последняя. Чтобы прибрать твою кровать, потребуется уйма времени.
– Я помогу ей, отец, – сказал Сандро.
– На сборы вам дается пять минут. Поспешите. Но чтобы здесь был полнейший порядок.
Он вышел, радуясь, что дети хорошо перенесли «переход». Что же случилось с его аппаратурой? Откуда взялись этот грохот и свист? Он думал об этом, пока шел в рубку корабля и еще там, пока не прибежали дети.
Он хорошо знал устройство своего корабля и потому не мог понять, отчего мог быть грохот.
Дверь открылась и в рубку вбежали дети. Оза, серьезная, сосредоточенная, знающая, что сейчас ей покажут что-то интересное и поучительное. Сандро, решительный, настроенный воинственно и готовый по малейшему знаку броситься из корабля вниз, чтобы первому достичь поверхности планеты. Вина, вся сгорающая от нетерпения, возбужденно ожидающая, когда же ей дадут поиграть этой интересной игрушкой, которая называется – Планета.
Отец рассадил их по креслам, которые могли вращаться вкруговую. У него был вид фокусника, который готовится к самому интересному, самому главному фокусу своей программы.
– Папка, ну скорей же! – не выдержала Вина.
– Все готово, – сказал отец. – Вот какая эта планета! – И он нажал кнопку. Створки, закрывающие обзорный экран, разошлись, съежились и исчезли. Перед ними была прозрачная полусфера – впереди, под ногами и над головой.
Вина не выдержала и завизжала от восторга. Сандро весь подался вперед. Оза удивленно замерла в неловкой позе.
Перед ними был туманный шар, неподвижный туманный шар. Солнце освещало эту часть планеты. В промежутках между спиралями облачных покровов проглядывали голубые пятна океанов, светло-коричневые полосы пустынь, горные цепи, ослепительно-белые полярные шапки.
Да! Из-за этого стоило перенестись через сотни световых лет. Отец делал снимки, ребятишки молчали, глядя широко раскрытыми глазами на это чудо.
– Хотите поближе? – спросил отец.
– Я хочу ступить на нее ногой, – решительно заявил Сандро.
– Успеем. Мы ведь прилетели сюда не на пять минут.
– Папка, мы будем ходить по ней?! – радостно крикнула Вина.
– А для чего же мы тогда брали скафандры? – сказала Оза. – Конечно, мы будем ходить по ней и даже бегать.
– Будем, – согласился отец, – но там мы увидим только малую часть, а отсюда можно рассмотреть все.
– Но ведь мы очень высоко над ней, – сказал Сандро.
– Мы снизимся и осмотрим ее всю.
– А как она называется? – спросила Оза.
– Я смотрел в звездных атласах, – ответил отец. – У нее очень странное название. Оно никак не переводится на наш язык. Смысл его непонятен.
– Мы дадим ей название, – предложил Сандро.
– Нет, сынок. У этой планеты есть свое имя.
