4. Я знаю, что у моей дочери сейчас не лучшие времена. Но так было с тех пор, как она съехала от меня. У нее никогда не будет на это времени, я отдаю себе в этом отчет. Это не первое дело в ее списке задач. Но в моем списке оно на самом верху.
5. Я живу здесь почти тридцать лет, и я устала от размышлений. Я готова сделать это! Пускай она просто приедет сейчас, а не когда у нее появится время, ведь не появится же никогда.
6. Почему бы мне тогда не выкинуть вещи моей дочери, когда я арендую мусоровоз? Девяносто девять процентов ее вещей – это какой-то хлам. Наверное, поэтому она и не приходит. Зачем ей возиться с хламом?
7. Я не хочу больше быть складом для мусора! Это загромождает мне мозг! Может, я смогу придумать для своего подвала назначение получше. Я просто хочу очистить его от груды мусора. Начиная с игрового автомата моего бывшего мужа.
8. Пускай она приедет, сжалится надо мной и сделает это.
Если кончится тем, что я выкину ее вещи, мне не будет прощения ни от нее, ни от себя самой.
9. Если дочь приедет, она меня очень обрадует.
1. Вчера на барбекю кто-то спросил меня, есть ли у меня дети. Я чуть было не ответила: «У меня когда-то были дети». Думаю, в том, что я так ответила, не только моя вина.
Глава четвертая
Шила начинает заново
Шила (
Шила. Не знаю, может, надо было взять что-то другое…
Миша. Хороший выбор.
Шила (
Миша. …замужем, да. Думаю, когда я еще не состоял ни в каких отношениях и спал со всеми подряд, я сильно противился мысли, что эти две вещи взаимосвязаны.
Шила. Но как такое может быть –
Миша. Ну почему, у тебя
Шила.
Миша. Да! И в интеллектуальном плане это делает тебя более интересным человеком. То же самое можно сказать про секс. Это кажется аналогичным. Типа,
Шила. Но секс – это же не игра в
Следующие несколько дней я провела у Израэля с разряженным телефоном, оттачивая свое мастерство минетов. Я начинала гордиться ими, как будто в этом мире я делала что-то очень полезное, – и ни на секунду не задумываясь о том, что должна была делать что-то более старомодно важное, например дописывать пьесу.
Одним поздним вечером я вернулась домой и нашла в почтовом ящике желтый конверт. Я донесла его до своей комнаты и открыла: из него взметнулось облако пыли, которая тотчас же осыпалась мне на пальцы и на лицо. А внутри конверта лежал мой диктофон. Я так давно его не видела, что даже и забыла про него. Я включила его, загорелся огонек: один новый файл, записанный в тот день, когда я была у Израэля и сама диктофон не включала.
1. Это я. Не уверена, на что тут нужно нажать, чтобы записывалось. Я тут сижу в нашей мастерской – только не за своим, а за твоим столом. Никогда раньше не замечала, что он такого бледно-голубого цвета.
2. Теперь, когда тебя нет, этот стол кажется таким странным.
3. Пришла в мастерскую сегодня вечером, а в галерее внизу – открытие выставки. Они дали мне бокал вина. Поэтому теперь просто сижу здесь и смотрю на бокал вина. Но ощущается совсем иначе, чем когда ты тут.
4. Я себе установила правило: мне нельзя стирать ничего, что я записываю… Я напоминаю себе об этом, когда говорю что-то, что захотелось бы стереть.
5. Вижу из окна, что небо такое красивое сегодня. Вот прямо сейчас.
1. Прошлым вечером мы с Мишей сидели на сайте стипендии Макартура. Видимо, чтобы ее получить, надо жить в Америке. Ну, и быть гением.
2. Забавно было. Я не испытывала никакой неуверенности, глядя на стипендию и на людей, которые ее получили. Мне было так радостно смотреть на список.