Однако ребенок старше 7–8 лет может обратить внимание на тонкое обстоятельство: Лена
В конце беседы вы можете попросить ребенка вспомнить о какой-нибудь ситуации из вашей жизни с ним, в которой, по его мнению, не стоило его наказывать или, наоборот, нужно было отнестись строже, и объяснить почему.
Можно обсудить вместе другие вопросы, например:
– стоит ли вместо наказаний родителю делать что-то другое?
– как без наказаний ребенку научиться делать все «правильно»?
Хочется посочувствовать Лене, ей очень не повезло. Зато она приобрела полезный опыт. В следующий раз она будет сначала пробовать свежий лед палкой и ступать на него очень осторожно.
Митя завидует Ване, говорит: «Ты счастливый, тебя родители воспитывают, за тобой следят, много запрещают. А мне родители ничего не запрещают, им все равно. Наверно, они меня не любят!»
– Ты согласен, что, если ребенку много запрещают, воспитывают, значит, его сильно любят?
– Ты хотел бы, чтобы тебя меньше воспитывали?
– Если бы тебя не ругали, ты бы быстрее привык (научился) делать то, что нужно или нет?
Здесь мы встречаемся с трудной дилеммой воспитания. Если охарактеризовать крайности, то это либо жесткий контроль, либо дозволение ребенку делать все, что тот хочет. Но подобные совершенные противоположности не так уж часты, и вы, уважаемый читатель, скорее всего, находитесь где-то посередине.
Обсуждая с ребенком вопросы к этой истории, вы сможете узнать, как он переживает ваше обращение с ним. Считает ли, например, что запреты и замечания ему нужны или они излишни. Привык он к вашему контролю или надзор старших портит ему настроение и даже «отравляет жизнь»? В конце концов, как он чувствует: любите вы его или не очень?
Группа ребят в школьном дворе играла в прятки. Дети были разного возраста, самому маленькому Ване 6 лет. Ему все время доставалось водить, потому что он не так хорошо прятался и не так быстро добегал до «домика», как другие.
Наконец Ваня расплакался и сквозь слезы сказал: «Опять води-ить, нечестно-о!»
Тогда один мальчик сказал: «Нет, честно! Тебя нашли, значит, води, а не хочешь – не играй!» Второй заметил: «Нечего хныкать, надо вырабатывать характер!» А третий мальчик предложил: «Ладно, не плачь, я за тебя повожу!»
Ответ какого из мальчиков, по твоему мнению:
– более правильный; почему?
– более справедливый; почему?
– более благородный; почему?
– Что бы ты сказал, если бы был среди играющих: выбрал бы один из этих ответов или придумал свой?
– Каким словом ты мог бы назвать то, что сделал третий мальчик для Вани (пожалел, вошел в положение, проявил сочувствие, понял, защитил)? Какие из этих слов тебе более близки и понятны?
– Что почувствовал Ваня к третьему мальчику после его слов?
Как можно видеть, замечания мальчиков очень разные: первый настаивает на соблюдении формальных правил и не принимает в расчет состояние шестилетки; второй оказался в позиции поучающего «педагога»; а третий вошел в положение расстроенного мальчика, проявил сочувствие.
Обсуждая эту историю и вопросы к ней, вы увидите, какая из этих точек зрения более близка и понятна вашему ребенку. А это, в свою очередь, поможет обратить ваше внимание на акценты, которые, сознательно или нет, вы ставите в вашем воспитании; ведь именно они «просвечивают» в суждениях детей.
Вы также узнаете, что означает для вашего ребенка слово
Эту беседу вы можете продолжить, спросив о взаимоотношениях ребят в играх, какие, по его опыту, споры у них возникают, как они стараются разрешать их?
Когда выигрываешь, всегда весело и интересно и не хочется задумываться о том, каково проигрывать. Но проигрывать иногда приходится, даже когда ты не младший.
Два брата вышли с папой во двор погулять. Сначала играли в мячик, а потом решили соревноваться в беге. Старший брат, конечно, бегал быстрее, но папа устроил так, чтобы оба мальчика приходили к финишу почти одновременно: папа там стоял с секундомером и определял «победителя».
– Как удалось папе устроить так, чтобы братья добегали до финиша почти одновременно?
– Знаешь ли ты способы учитывать неравные силы в играх? Например, в шахматах тот, кто явно сильнее, играет без какой-нибудь фигуры.
– Нужно ли так делать, справедливо ли это? Может быть, нет?
