Сын. Ага, значит, жена моя будет в «Костромарегион-контроле» — тьфу ты, пока выговоришь, язык сломаешь — главбухом.
Фоменко. Именно.
Сын. И ещё мне машина нужна… Там два новых «жигуля» купили — «десятки»-универсал. Так я себе одну заберу.
Фоменко. Хозяин — барин.
Сын. Пусть она на учете стоит в этом… «Костромарегион-контроле»… А я на ней ездить буду… Или нет… Я ещё заключу с этим «контролем» договор аренды. Как будто я им машину в аренду сдал. Лишние деньги не помешают…
Фоменко (восхищенно). Орел! Выходит, ты в конторе берешь ихнюю же машину, сам на ней ездишь, и они тебе вдобавок должны доплачивать.
Сын. Ну.
Фоменко. Одно удовольствие работать с такими мыслящими молодыми людьми. Лучший цвет офицерства.
Сын. Премного благодарен.
Фоменко. Слушай, а чего ты за квартиру в Москве собрался покупать?
Сын (хитро улыбаясь). Это не я… Жена… В Одинцово. Общая площадь — 183 метра.
Фоменко. Ого!
Сын (хвастливо). Один ремонт — 40 тыщ баксов…
Голос суфлера. В марте нынешнего года на имя жены Шершунова-младшего — главбуха ОГУП «Костромарегион-контроль» — была оформлена квартира в подмосковном Одинцове (ул. Ново-Спортивная, д. 4).
Губернатор (обращается к портрету Ельцина). Видите, Борис Николаич, как получается. Стараешься, стараешься для людей, и вот… Сперва облсуд мое решение отменил. Теперь — Верховный. Говорят — незаконно двойным налогом зелье облагать. Налоговый кодекс не позволяет… (Озирается по сторонам)…
Я вам, как родному, скажу: это я ещё легко отделался… (Понижая голос.) Наклейки-то эти, с голограммами, вообще продавать нельзя. Их в налоговых инспекциях предприятиям выдают… Бесплатно… И никакие «Криптоны» печатать их не могут — один только Гознак… Но и это — ерунда… (Еще тише.) Тот «Криптон», что советник мой возглавляет — Фоменко, — и не «Криптон» вовсе. Настоящий «Криптон» ещё в 98-м реорганизовали. Называется он теперь — «Концерн „Российские защитные технологии“… Фоменко мой, вишь, старое название просто взял… Хе-хе… (Испуганно.) Только это, Борис Николаич, тайна. У меня скоро выборы… Не дай бог народ прознает…
Голос суфлера. В мае нынешнего года Костромской облсуд отменил постановление губернатора об обязательной «маркировке» бутылок. В августе Верховный суд это решение поддержал. Но наши герои не пали духом…
Жена Шершунова-младшего со своей бабушкой.
Бабушка (с сомнением в голосе). Прям не знаю… Ну, если надо…
Внучка. Очень надо!.. Тебе это ничего не будет стоить. Подпишешь пару бумажек, и все… Ну, бабуленька…
Бабушка. И как я прозываться буду?
Внучка. Учредитель общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-финансовая компания».
Бабушка. Ишь ты! На старости-то лет…
Губернаторский сын и губернаторский советник Фоменко.
На столе — разложена карта области.
Фоменко. …Завидую тебе, дурашка… Вот что значит родиться в нужное время и в нужном месте…
Сын. Ты это брось… У нас, как говорит мой папа, все равны…
Склоняется к карте, Фоменко следует его примеру.
В этот момент они похожи на полководцев.
Фоменко. Итак, ещё раз повторим план операции… Заходим с тыла… Стягиваем силы… Прорываем оборону… Единым ударом захватываем объект…
Сын. Ты, прям, Кутузов…
Фоменко. Побываешь в камере — и не такому научишься.
Сын (испуганно). Чур меня!
Фоменко. Начнем, пожалуй, с Чухломского леспромхоза и Галичского леспромхоза. Затем перейдем к Волгореченскому домостроительному комбинату. А там — посмотрим…
Сын. И что, безо всяких конкурсов, аукционов?
Фоменко. Какие, к лешему, конкурсы! Берем предприятие. Банкротим. Покупаем в полцены. После перепродаем.
Сын. На кого оформим?
Фоменко. На «Регион-контроль». Фирма знакомая, родная. Потом передадим какой-нибудь структуре.
Сын. Есть такая: «Промышленно-финансовая компания»… Там моей жены бабка — учредитель.
Фоменко. Сколько ж у тебя родственников!
Сын (хвастливо). По всей земле! Подожди, я тебя ещё с дядей не знакомил…
Голос суфлера. Два крупнейших областных леспромхоза — Чухломский и Галичский — были искусственно обанкрочены год назад. Их имущество перешло к структурам, которые учредила фирма «Регион-контроль»: та самая, что спекулировала водочными наклейками.
В декабре 99-го оба леспромхоза были проданы за долги. Ни аукциона, ни конкурса не проводилось. Более того — достались они новым владельцам во много раз дешевле балансовой стоимости. (Галичский ЛПХ «ушел» за 1 миллион 300 тысяч рублей при балансе в 7,7 миллиона. Чухломский — за 6,2 миллиона против 28.)
А затем хозяйства отошли к некому ООО «Промышленно-финансовая компания». Учредителем её значится 69-летняя бабушка губернаторской невестки, а председателем Совета директоров — советник губернатора Фоменко.
Таким же макаром наши герои расправились и с Волгореченским домостроительным комбинатом. Все та же «Промышленно-финансовая компания» без каких-либо конкурсов купила его за 4 миллиона. Балансовая цена ДСК была в 11 раз выше — 43 миллиона…
Занавес.
Шурин губернатора Пупынин и глава Костромаагроснаба
Мухин.
Пупынин (с достоинством). Знаешь, уважаемый, кто я?
Мухин. Никак нет.
