Какой громкой бывает отрыжка? полностью

Отчасти потому, что у нас пока нет авиационных двигателей, достаточно мощных, чтобы разогнать до взлетной скорости что-нибудь тяжелее чем «Суперджамбо» или Ан-225. К тому же, чем тяжелее самолет, тем больше должны быть размеры его крыльев, создающих подъемную силу. Это дополнительно увеличивает вес самолета и заставляет использовать для его постройки более прочные (и легкие) материалы. И даже если такой самолет сумеют построить, это не означает, что его можно будет использовать.

— Это еще почему?

Потому что чем тяжелее самолет, тем выше должна быть его взлетная скорость. И хотя мощные двигатели смогут справиться с этой задачей, для разгона все равно потребуется время. В принципе, чем массивнее самолет, тем медленнее он разгоняется, а это означает, что для взлета и посадки ему потребуется очень длинная полоса. В большинстве аэропортов нет взлетно-посадочных полос, длина которых позволяет принимать аэробусы «Суперджамбо», и даже там, где они есть, их приходится удлинять или строить новые. Если самолет обычного типа будет в два или три раза тяжелее, чем А380, ему понадобится такая длинная полоса, что большую часть пути до места назначения он проедет по земле! Вот почему развитие тяжелой авиации, скорее всего, будет связано с самолетами, дирижаблями или ракетами,[18] способными взлетать и садиться вертикально. Но пока нам еще далеко до использования этих летательных аппаратов для повседневных путешествий и грузоперевозок.

— Значит, когда-нибудь небо заполнят высокотехнологичные ракеты и дирижабли? Как в фильмах о будущем?

Может быть.

— Попробую представить. Большим, остроконечным ракетам придется лавировать между громадными неповоротливыми дирижаблями… м-да, выглядит немного рискованно.

Мне тоже так кажется. Тогда выбирайте себе дирижабль. А я, так и быть, соглашусь на ракету.

— Эй, это нечестно!

Они не могут, потому что для этого пришлось бы лететь сквозь Землю. Однако, с точки зрения самих самолетов, они летят строго по прямой. Просто при переносе на плоскую карту мира линии их маршрутов изгибаются.

— Погодите минутку. Мне казалось, что самолеты могут лететь в любом направлении, каком захотят, разве не так?

Так — если им разрешат.

— И им не нужно следовать всем поворотам дорог или рек и огибать горные вершины или другие препятствия?

Нет, не нужно. Во всяком случае, большим пассажирским самолетам. Они могут пролететь над любой горой на планете. Межконтинентальные перелеты обычно проходят на высоте около 11 тысяч метров. А высота Эвереста — самой высокой горы на планете — всего 8 848 м.

— Видно я чего-то не понимаю. Когда смотришь на карту авиарейсов, то видишь, что линии маршрутов всегда изогнуты. Но если самолеты могут пролетать над чем угодно и если кратчайшее расстояние между двумя точками — это прямая линия, то почему они не летают по прямой?

Потому что для этого нужно, чтобы мир был таким же плоским, как карта. На плоской поверхности все действительно так: кратчайшее расстояние между двумя точками (назовем их А и Б) — это прямая линия. Но если точки А и Б находятся на разных сторонах твердого объекта, который нельзя пройти насквозь, то возникает проблема. Вместо того чтобы направиться прямо через него, придется двигаться в обход, следуя самому короткому пути, проложенному по его поверхности. Вот почему наш кратчайший маршрут полета пролегает над изогнутой поверхностью земного шара, а не проходит сквозь него, как по туннелю.

— А это было бы круто, правда?

Да, действительно. Очень круто.

— Только представьте: нырнул под землю в Америке и вылетел наружу в Китае…