И действительно, усмешка черепа растаяла. Шелк опять вздохнул и сказал:
— Уберите рапиру, пожалуйста. Она нам не нужна.
— Одержание? Так ты называешь это, парень?
— Да. Через мгновение он придет в себя.
Гость Шелка опять схватился за цепь, чтобы устоять на ногах.
— Ты предложил комментарий, па?.. Боюсь, у меня опять кружится голова. Пожалуйста, прими мои… хм… безграничные извинения. Этот… э… джентльмен?..
— Мастер Меченос. Мастер Меченос преподает фехтование, Ваше Высокопреосвященство. Мастер Меченос, это Его Высокопреосвященство патера Прилипала, коадъютор Капитула.
— На самом деле… э… патера, ты должен быть более осмотрительным, а?
Шелк покачал головой:
— Боюсь, Ваше Высокопреосвященство, все это в прошлом. Вам опасность не грозит. И я сомневаюсь, что грозила. Я же в такой большой опасности, что она не станет больше, если вы и мастер Меченос подбежите к первому встреченному гвардейцу и заявите ему, что кальде Шелк находится у Горностая, ожидая ареста.
— Действительно! Я… э…
— Вы сказали, что говорили с советником Лори через стекло бригадира Орлана.
— Почему… э… да.
— На мгновение — пока у вас кружилась голова, Ваше Высокопреосвященство — я подумал, что Лори мог сказать вам, где найти меня; в доме, в котором он часто бывает, есть один человек, который мог бы сказать ему, где я могу быть, или этот человек мог признаться кому-то другому, а тот уже передал Лори. Это могло произойти совершенно невинно… но это не так, потому что Лори послал кое-кого к вам для того, чтобы узнать, где я. Ясно, что информация пришла из другого источника: вы знали, что сегодня вечером я могу быть здесь. Очень сомневаюсь, будто вы действительно сказали Лори, что знаете, где найти меня; вы не могли быть уверены, что я буду здесь. Однако вы что-то сказали, и это навело его на эту мысль. Будь я на месте Лори, я бы приказал бригадиру Орлану проследить за вами. Но ему это не понадобилось, и все из-за одного моего беспечного замечания в тарсдень. Не скажете ли мне — очень быстро, пожалуйста, — откуда вы это узнали?
— Клянусь… ручаюсь, патера…
— Мы поговорим об этом позже. — Шелк, опираясь на трость, встал даже менее уверенно, чем Прилипала. — Мгновение назад я сказал мастеру Меченосу, чтобы он не убивал вас; сейчас я не уверен, что поступил бы неправильно, если бы приказал ему действовать, но у меня нет времени для вопросов — мы должны уйти отсюда раньше, чем сюда придут гвардейцы. Вы, мастер Меченос, должны вернуться домой. Вы — великолепный фехтовальщик, но даже вам не удастся защитить меня от взвода труперов с карабинами. Вы, Ваше Высокопреосвященство, должны идти к майтере Мята. Не постесняйтесь набить живот. Если…
— Дев идти! — Орев взлетел на плечо Шелка, забил крыльями и добавил: — Бежать!
Теряя секунды, Шелк уставился на Прилипалу, стараясь найти признаки Мукор в его лице. Гиацинт появилась прежде, чем он услышал быстрый топоток ее босых ног по дорожке из поддельных гемм и увидел, что она бежит: рот открыт, в темных глазах блестят слезы, паутинно-тонкое розовое дезабилье в полном беспорядке, сзади полуночным облаком струятся волосы.
Она остановилась. Застыла, как в янтаре, при виде его.
— Ты здесь! Ты действительно здесь! — и тут же оказалась в его объятьях, душа поцелуями — не иначе, как волшебством Фелксиопы. — Я не… я знала, что ты не можешь прийти, но я была должна. Должна — или я бы никогда не узнала. Я бы всегда думала…
Он поцеловал ее, неловко и смущенно, пытаясь сказать поцелуем, что и его заставило прийти какое-то чувство, намного более сильное, чем он сам.
Миниатюрная долина и бассейн — и так темные — стали еще темнее. Поглядев наверх после бесчисленных поцелуев, он увидел праздную рыбу, испещренную золотом и серебром, черными, белыми и красными пятнышками, висящую в воздухе над поднятой рукой богини, и в первый раз заметил свет, лившийся из серебряной филигранной лампы, висевшей на ветвях низкорослого дерева.
— Куда они пошли? — спросил он.
— Здесь… был… кто-то еще? — Она глубоко вздохнула и улыбнулась, причинив ему сладкую боль, которую он никогда не испытывал.
— Его Высокопреосвященство и мастер фехтования. — Шелк чувствовал, что должен оглядеться, но не мог оторвать свои глаза от нее.
— Тогда они должны были поступить вежливо, — она опять поцеловала его, — и быстро уйти.
Он кивнул, не в силах говорить.
— И мы тоже. У меня здесь есть комната. Я говорила тебе?
Он покачал головой.
— На самом деле апартаменты. Здесь только апартаменты, хотя они называют их комнатами. Они играют в игру, делают вид, что это простая деревенская гостиница. — Грациозно, как танцовщица, она опустилась на колени, по-прежнему держась рукой за его руку. — Ты встанешь на колени на краю бассейна рядом со мной? Я хочу увидеть себя и увидеть тебя, одновременно. — Внезапно из ее глаз хлынули слезы. — Я хочу увидеть
Он встал на колени рядом с ней.
— Я знала, что ты не можешь прийти, — слеза упала, создав крошечную рябь, — так что я должна увидеть нас обоих. Увидеть тебя рядом с собой.
