Но всё-таки посвящение в сатлармы не было пустым звуком или простой формальностью. Сатлармы, прошедшие обряд посвящения, и в самом деле, получают какую-то силу из светлого источника. Они сильны физически, никогда не старятся и обретают что-то на подобии духовного взора, который позволял им видеть больше, чем это дано обычным людям. Но не на столько, чтобы прозревать мысли и сущности. Скорее всего, сатлармы ощущают, когда стоящий перед ними говорит истину или пытается лгать. Но Виконт не пользовался полным спектром возможностей, который он получал от своей новой сущности. А потому он был очень сильно сосредоточен на том, что мог. Истинное зрение помогало ему кое-как ориентироваться в вечной тьме. Но со временем он стал замечать, что этот дар Сакраарха как будто бы раскрывался с новой стороны. Нет, он всё также не мог ничего видеть и довольно сложно ориентировался в пространстве. Но теперь он мог прозревать сущность тех, кто приходил с ним разговаривать. И он стал понимать, что, как одна личность отличается от другой, так и один сатларм не похож на другого. Все они разные и у них разная степень веры в Сакраарха. Но также он видел, что были целые поколения тех, в ком веры было очень мало. Меж ними, то есть теми, кто был сатлармом уже давно, и теми, кто обрёл величие в стенах Святой Империи недавно, пропасть в вере была особенно очевидна. Вторые были очень далеки от своего владыки, первые продолжали уповать на него. И, как следствие, такие, разговаривая с Виконтом о свете, чистоте и праведности, говорили очень много лжи. Да, все они хорошо знали законы Святой Белой Книги и могли цитировать её по памяти, однако Виконт видел, что каждый из них не соответствует ей целиком. В отношении одного легче сказать, в чём он соответствует закону, в отношении другого – наоборот, было проще перечислить то, в чём ему нужно улучшиться. Но ясно было одно – Святая Империя теряла свою святость. Все лерады и лармуды были уже не такими рьяным воителями света, какими они хотели быть. И лишь единожды Виконт разговаривал с истинным сатлармом, который всецело соответствовал критериям, описанным в Священной Белой Книге. Он на всю жизнь запомнил его имя – Гериа́т. Он вручил Виконту очень важное изделие кузнечного ремесла, так как этот сатларм был мастером в этом деле – латные перчатки. Но не обычные. В них была вложена какая-то сила. Обычное изделие будет тяжёлым, а эти – невесомые. Обычные обеспечат бронёй, но лишат возможности ощущать прикосновения. Эти же превращали любое прикосновение в такой набор ощущений, что теперь Виконт мог буквально видеть своими руками округу. Из-за того, что раньше этот человек увлекался игрой на фортепьяно, ему быстро нашли новое поприще в рядах святого народа – органист в храме. С тех пор он на протяжении множества десятилетий исполняет известные композиции, а то и вовсе сочиняет их сам. Он постоянно менял место своего жительства. Сначала в рамках одного измерения, а после уже стал путешествовать и по другим, чтобы, как говорит сам Виконт, развивать свою способность ориентироваться в пространстве, а не привыкать к нему и ходить по заученным маршрутам. С каждым разом привыкание происходит всё быстрее и быстрее. Здесь, в колонии Сэкроса, он прослужил порядка 5 лет, и уже хорошо изучил, нет, не свой храм. Это он сделал в первую половину года. Но свой город – настолько хорош артефакт Гериата. Но теперь эти перчатки – лишь напоминание о прошлых днях, потому что, обратившись в разорад, он не только вернул способность видеть, но получил гораздо больше этого.
