– Она решила приручить Стаю красноухих и собирать души смертных в Самайн. Понравилось ей это, понимаешь ли!
– Ну да, покусилась на святое, – богиня колдовства сдержала очередной смешок.
– В общем, мы с ней схлестнулись… Я, конечно, вылечил ей ногу и даже в знак примирения попросил Гойбниу и Крейдне смастерить для неё колесницу.
– Царский подарок!
– И очень полезный. За пределами Аннуина это моё волшебство не действует, поэтому за душами в мире людей она охотиться вместе с красноухими не будет – из колесницы Стаей управлять непросто, да и не везде следом за ней проедешь. Разве что по небу – зевак пугать.
– Но и ты сам последнее время не очень уж охоч… до охоты.
– Знаешь, Кер, что-то не тянет. Но есть Гвин, у него неплохо получается. Да и Стая к нему привыкла.
– Хорошо, Мрачный, – Керридвен решительно хлопнула ладонью по столу. – Я приведу её к тебе. Через год и один день. А ты пока займись моими малятами. Они славные!
***
– Дядя Мрачный, а почему на этом дереве листья и серебряные, и золотые?
– Дядя Мрачный, а как называются вон те птицы с человеческими ногами?
– Дядя Мрачный, меня чуть паук не укусил, огро-о-о-омный такой, я его палкой прогнал!
– Дядя Мрачный, смотри, я в тумане! А вот так уже не в тумане! А вот снова в тумане! Мирддин, меня видно?
– Дядя Мрачный!..
– Дядя Мрачный!..
– Значит, так! Оба-двое, мигом встали предо мной…
– Как лист перед травой! Ха-ха-ха!
Араун обречённо, даже с каким-то невнятным мученическим стоном вздохнул, и кромка тумана превратилась в две огромные руки, которые сгребли нас с Гвенддид и поставили на землю аккурат перед владыкой Аннуина.
– Спасибо, – поблагодарил он туман и склонился над нашими лицами. – Вы что, впервые в Аннуине?
– Ну, – задумалась Гвенддид, – вообще-то не совсем, но мы не заходили так далеко. Нам всё интересно!
Многовековая память подсказала Арауну, что нужно делать дальше. Ведь дети – а умершие дети, которых он встречал, от этих двух живых мало чем в его понимании отличаются – очень любят играть. Даже порой сильнее, чем это любит делать Маленький народец. Поэтому даже то непростое испытание, которое предстоит пережить этим близнецам, придётся облечь в непринуждённую игру, решил Мрачный.
– Как вы думаете, малыши, сколько историй может знать владыка Аннуина?
Мы надолго задумались. Наверное, даже было слышно, как переговариваются меж собой наши мысли.
– Не трудитесь, – отреагировал Араун, – очень много. Но сейчас расскажу лишь одну.
– Про Артоса-Медведя? – с надеждой спросил я.
– Надоел уже с этим Артосом! – Гвенддид, надув губы, пихнула меня локтем в бок и тут же получила сдачи. – Ай! Дома все уши про него прожужжал. Артос – то, Артос – сё!
– Нет, – ответил Араун, – не про Артоса-Медведя. По крайней мере, не сегодня. Но, думаю, вам будет интересно. Если мы в тишине и спокойствии дойдём до моей обители, то вы услышите эту историю, – он было собрался двигаться дальше, но на первом же шаге задержался, развернулся вполоборота и направил на нас указательный палец правой руки. – Один звук от кого-то из вас, и истории не будет!
Не то что нас поставили в рамки или нас заинтриговало обещание Арауна что-то интересное поведать, но остальную часть пути мы проследовали молча. Мрачный всегда знает, где проводить границы.
Чертоги Арауна оказались столь же мрачными, как и он сам. Казалось, что над этим каэром никогда не заходит солнце. То есть по цветовому обрамлению там вечный закат, настолько всё зловеще-красное.
– Итак, садитесь, – Араун указал на покрытые мехами высокие скамьи. Мы кое-как взобрались на них. – История:
– Всё. Конец истории.
– И кто же из них принимал эти… лавры? – не удержался я.
– Оба и принимали. По очереди, – ответил Араун.
– А я догадалась, я догадалась! – хвастливо заболтала ногами Гвенддид.
– Не умничай, – ляпнул я. – Так неинтересно. Дядя Мрачный, а зачем им такое вот «по очереди»?
– Зачем это им, то их дело. У нас же героев будет двое.
– Двое близнецов… получается, ты про нас говоришь? – спросил я.
– Получается, да. Тёмного Горбуна вы же оба помогли сразить?
При звуке этого имени у меня нехорошо заурчало в животе. Гвенддид взглянула на меня:
