<p>Калейдоскоп</p><p>Избранные стихотворения</p><empty-line/><p>Илья Бровтман</p>© Илья Бровтман, 2025
ISBN 978-5-0067-3166-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
<p>Соломоново решение</p>Велик и славен Соломон.Он чтит талмуд и тору.Всегда в суждениях умён,И мудр в приговорах.Рахиль и Хая в тронный залВошли с Абрамом вместе.Он с дочерями их гулял,Обеих обесчестив.Обязан защитить законДостоинство девицы.Пусть скажет мудрый СоломонНа ком ему жениться.Царь объявляет приговор:— Я разобрался в деле.Пускай палач возьмёт топорИ жениха разделит.Рахиль вскричала: — О! Судья,Абрашу убивая,Жить не смогу спокойно я.Пусть достаётся Хае.— Нет никого тебя мудрей, —Царю сказала Хая, —Пускай за всё прелюбодейПред Богом отвечает.Сказал, подумав, Соломон:— Я приговор меняю.Рахиль права, пусть будет онЗаконным зятем Хаи.— Твой приговор, — сказал раввин, —По меньшей мере, странный.Вчера был суд, достался сынТой, что была гуманной.Кто любит — истинная мать.Сегодня суд подобный.Так почему решил отдатьПарнишку бабе злобной?— Вчера я думал, как решить.Сегодня было проще.Желает зятя распилитьЛишь истинная тёща.<p>Предмет зависти</p>Опять у тёти Сары горе.Глаза красны от горьких слёз.Шестого мужа в крематорийВести несчастной довелось.Всплакнула лучшая подруга,Произнеся при этом речь:— Одним не дал Господь супруга,Другие топят ними печь.<p>Актриса</p>Она могла от холода дрожатьВ полдневный зной ласкающего лета.На лоб её седеющая прядьПредательски ползла из-под берета.К земле сгибала шею голова,Она уже давно не видит неба.В её авоське, словно пуда два —Пакетик чая и буханка хлеба.Была когда-то слава с ней на «ты»Афишами её щиты пестрели.А в дни премьер охапками цветыС визитками валялись у постели.Былых воспоминаний карнавал:Перед глазами снова лица плыли.Все, кто ей руки страстно целовал,Давно уже лежат в сырой могиле.Пропали с улиц тумбы для афишИ не на что бедняжке опереться.А был момент: у ног её ПарижЛежал, оставшись только болью в сердце.От этой боли стал не милым свет.Она легла у края тротуара.Белел, на голове её беретКак некогда алмазная тиара.Опять аншлаг, последний бенефис.Мелькают озабоченные лица.Бессильно опустились руки вниз.Печальный вздох усталой фельдшерицы.Вживаясь в непривычную ей роль,Она стояла на пороге рая.Забыв про смерть, не ощущая боль,С мольбою к Богу руки простирая.Как будто бы услышана мольбаИ на экране снова молодая,Босая, по росе через луга,Она бежит, ромашки собирая.<p>Слёзы</p> 
