Калейдоскоп. Расходные материалы полностью

Лорен ежится. Противно, мерзко, гадко… почти как тогда, много лет назад, когда Артур отправлялся в свой Бостон, а Лорен заподозрила, что брат прихватил с собой ее любимую тетрадку – с Люком Скайуокером и принцессой Леей. Расстегнув молнию на рюкзаке, она начала рыться в вещах. Тетради не было, но между учебником по алгебре и потрепанной книжкой Яна Флеминга Лорен нашла сложенный вчетверо лист New York Post и, сама не зная зачем, развернула. Внутри было вложено несколько фотографий, Лорен сразу поняла – неприличных, тех самых, о которых говорила на переменке Линда. Та нашла их у отца, полковника Дэвидсона, и там были сняты мужчина и женщина, занимающиеся этим самым. В двенадцать лет Лорен делала вид, что это самое ей совсем не интересно, поэтому вовсе не собиралась смотреть грязные картинки старшего брата, но в последний момент все-таки перевернула маленький плотный прямоугольник – и замерла.

Никакого «этого самого». Вообще не понять – мужчина или женщина: скорчившееся тело, вылезшие из орбит раскосые глаза, раскрытый, точно воронка немого ужаса, рот…

– Что ты шаришь по моим вещам! – закричал Артур и тут же запнулся, увидев снимок у нее в руках, и тихо сказал: – Отдай.

– Что это? – так же тихо спросила Лорен.

– Напалм. Во Вьетнаме. Стэн мне дал, сказал: отец найдет – прибьет, а выбросить жалко.

Предательский ком булькнул в животе, рывками поднимался по пищеводу, Лорен быстро-быстро, часто-часто задышала…

– Отдай мне, – повторил Артур. – Если хочешь – я сам выкину, только папе не говори.

Ну да, мы все были дети войны, думает Лорен. Наши отцы воевали в Корее и Вьетнаме, готовились воевать в Латинской Америке и Африке, если надо – в Европе и России. Какой-то солдат, ошалевший от жары, страха смерти, слепого возбуждения и жажды крови, нажал на кнопку «лейки» или «кодака» – хочется верить, за минуту до того, как нажал на спуск M16 и навсегда прекратил мучения вьетнамца, потерявшего пол, возраст и 80 % кожи. Потом, уже дома, проявил пленку, вставил в фотоувеличитель, при свете красного фонаря смотрел, как в кювете с раствором проступают пейзажи, боевые машины, лица друзей – живых и мертвых – и в конце концов из небытия выплыл забытый кадр: сожженное напалмом тело, искаженное мукой лицо, на заднем плане – горящие бамбуковые хижины. Весточка с проигранной войны, трофей из тропического ада, карманный апокалипсис… Что потом? Он выбросил снимок в ведро? Заботливо спрятал среди других фотографий? Отдал тыловому любителю макабра? Фото переходило из рук в руки, его рассматривали с ужасом, отвращением, возбуждением… и вот оно дрожит в руках двенадцатилетней девочки, в детской комнате на военной базе в Мисаве.

– Не говори отцу, – просит Артур и забирает фотографию.

Сегодня Лорен понимает: эта открытка из Вьетнама была посланием из будущего, напоминанием, что война – всегда рядом, пророчеством о дне, когда она постучится к Лорен и Артуру, настойчиво и неизбежно. Лорен думает: если военные водолазы подняли тела раньше, чем до обломков самолета добрались Михаил Гирс и его люди, возможно, где-то на бескрайних просторах распавшейся Империи Зла кто-то хранит последнюю фотографию моего отца: секретного утопленника, пассажира «того самого боинга»…

Нет, сегодня Лорен уже точно не уснет: она вылезает из-под одеяла, идет в душ, стараясь не смотреть на отражение в огромном стенном зеркале. Злость на брата утихла: Лорен недовольно смотрит в запотевшее зеркало на припухшее со сна лицо и показывает отсутствующему Артуру язык – точь-в-точь как делала в детстве.

Фред Хэррис подтянут и свеж – вот кто, видать, не страдает от джетлага. Белый в полоску костюм, лазерная указка, пульт от проектора…

– Итак, версия номер один, на которой настаивали Советы в 1983 году. KAL 007 пересек границу СССР не случайно, он выполнял шпионскую миссию. Возможно, на нем было установлено специальное оборудование для фотосъемки, возможно, его задача была в том, чтобы активировать советское ПВО, а американские спутники зафиксировали ключевые точки для будущей атаки. Конечно, в тот момент Советам никто не поверил – кто же поверит империи зла? – но сегодня мы можем беспристрастно рассмотреть существующие доказательства.

Фред щелкает пультом, на серебристом экране конференц-зала – следующий слайд. Лорен шепчет Артуру: сходил вчера в свой стрип-клуб, старый потаскун? Артур подносит палец к губам, мол, не мешай, я слушаю.

– На карте показаны американские радары, вот здесь, на Аляске, мыс Ньюэнем и мыс Романзоф. Они входят в систему DEW/ACW, позволяющую отслеживать перемещения самолетов вот в этой зоне, – красная мушка лазера обводит овалом область на карте. – Очевидно, эти станции должны были засечь, что «боинг» сбился с курса, и операторы должны были сообщить пилотам – но этого не произошло. Более того, все записи с этих станций за 1 сентября засекречены. – Фред снова щелкает пультом. – А здесь мы видим еще три радара, на алеутском острове Симия и на корабле «Остров наблюдения»…