Скай обернулся и хотел уже в своей обычной надменной манере ответить вмешавшемуся в разговор, но застыл на полуслове, потому как увидел совсем не того, кого ожидал. Это девушка. И первое, что заметил Скай - глаза. Необычайно яркие, изумрудные с живым молодым блеском, которого порой не бывает у раскрашенных Шанхайских девиц. Их глаза, как у мертвой рыбы, а ее широко раскрытые в ореоле пушистых длинных ресниц дышали жизнью. Веснушчатый нос был немного вздернут кверху, а овал лица обрамляли поистине роскошные густые рыжеватые волосы, но не огненные, а с неким золотистым отливом. Скай видел такие прически у придворных дам и на этом балу в том числе, однако было очевидно, что девчонка не использует никаких красок и косметических средств, чтобы создать такой насыщенный натуральный медный отлив. Прическа ее была очень простой, но от этого не менее красивой. Некоторые пряди длинных, до самых бедер волос, были заплетены в тоненькие косички, а непослушная копна разметалась по спине, плечам, кое-где пряди выбивались, но эти несовершенства, ни в коей мере не умоляли достоинств девушки, а только наоборот, подчеркивали ее очарование и толику детской непосредственности и наивности. Но не повезет тому, кто воспримет ее ребенком, ведь в ее взгляде кроме веселья читалась глубина мыслей, вызов, а еще чувствовалась пугающая внутренняя сила, словно напряженная струна.
Нельзя сказать, чтобы Скай был очарован. Нет. Он не был падок даже на самых красивых девушек, да и любовь с первого взгляда давно осталась в детских сказках, но чем- то она его заинтересовала. Но в этом он никогда не признается, даже самому себе.
- Нероли? Что это? - с вызовом спросил он.
- Это сильнейший летучий афродизиак. Иными словами завлекающий запах. Нет оружия изысканнее, чем аромат, - широко улыбнулась незнакомка.
- Тогда все становиться ясно, - задумчиво пробормотала Софья, - а это не опасно?
- Опасно? Конечно же, опасно оказаться в обществе такого молодого человека, как тот, который чуть не похитил вас у двора Великих Судей, но не беспокойтесь о состоянии здоровья. Ваше Величество, он абсолютно безвреден. Будьте осторожнее с ароматами. Из милого украшения быта, они могут превратиться в чудовищное оружие.
- Что за глупости? Запах призванный вызывать на лице людей улыбку не может навредить. Как такое приятное вещество может вмещать в себя столь мерзкие функции? - возмутился Скай. Его настроение неожиданно испортилось, а потому на краткий миг наступила тишина. Во взгляде юноши таилась угроза, на что девушка отступила и слегка поежилась.
- Извините консорт - принц, - пробормотала она, поклонившись.
Выражение лица Ская не изменилось, и он все продолжал изучать ее своим пристальным взглядом.
- Я не желала обидеть Вас. Что ж, прошу прощение за столь бесцеремонное вмешательство в Вашу беседу. Разрешите откланяться. Она выказала им жест, принятый в высшем обществе, а именно элегантный кивком головы и удалилась.
- Скай, ну зачем так грубо? Она лишь разъяснила нам ситуацию, - попыталась вмешаться Софья.
- Она влезла не в свое дело, - резко ответил он.
- Уважаемые дамы и господа! Музыка тут же смолкла, и разразился откуда-то уже знакомый голос верховного наместника:
- Именно в этот момент, именно здесь и сейчас будет внесен в центр зала экран связующий вас и ведьму, которая скажет всем нам, кто же эти два счастливчика, которых она почтит своим одобрением и особым камнем сапфира.
Два лакея быстро и почти незаметно внесли в зал, и поставили рядом с фонтаном небольшой резной столик, в центре которого был установлен огромный хрустальный шар, связующий гостей и ведьму.
Дело было в том, что на балу в честь участников турнира, в определенный момент наместники связывают ведьму с присутствующими на балу и ведьма называет или указывает на одного юношу и одну девушку, которые по ее мнению имеют исключительную возможность стать первыми на поле боя. Все участники получали в дар драгоценную алую серьгу, которая означала, что теперь этот ребенок принадлежит миру войны. Миру, в котором он должен научиться быть собой, а главное ставить чужие интересы впереди собственных. В отголосках прошлого немногие получали сапфир - благородный камень небес. Свобода и воля к победе - несовместимые друг с другом черты совмещались в этом лазурном оттенке. И даже умирая на арене, жажда жизни тех людей обращала багровый цвет камня в голубой, придавая сил к недосягаемой до того победе. По обычаю избранники будут танцевать. Не будет между ними вражды и скверных мыслей, ведь именно они зеркальное отражение непорочности неба.
- Итак, начинаем!