Две жизни⁈ Смотрю на Габриэля, Аталанту и Каладриса. Затем на Колохари:
— Эй, Двухмерный⁈ А ты не хочешь перестать быть Великой Сущностью и начать путешествовать по миру? Ты, конечно, та ещё задница… Но о реальной жизни Унии знаешь много.
— Странный комплимент, — Колохари криво усмехнулся. — Я бы с радостью отказался от ранга Великой Сущности. Ты думаешь, я существую одиннадцать тысяч лет по доброй воле? Да ещё и в такой форме?..
Двухмерный развёл руками, указывая на свой призрачный облик.
— … Проблема в том, что даже Древнее Божество Жизни [12] не способно вернуть мне мой прежний облик.
На экране вскоре появилась надпись, подтверждающая слова Двухмерного:
«Сие деяние вне моей компетенции».
— Секунду, — произнёс я. — Тысячеглазый! Можно вас отвлечь на секунду?
На поляне все затихли. Габриэль немым вопросом глянул на Аталанту. Воительница дала знак рукой: «Молчим!»
Десять секунд спустя Древний появился в шаге от меня. Все семь глаз на его лице сузились, когда Тысячеглазый понял, кто его вызвал.
— Опять вы, адепт Довлатов!
— Я по делу, — быстро произнёс я и указал на экран. — Я внёс значительный вклад в борьбу с Великой Жатвой. Помог собрать Совет Хранителей и выявить скрывающихся иллитидов. Божество Жизни [12] предлагает мне награду «вернуть две жизни». Я прошу лишить Колохари ранга Великой Сущности [11] и вернуть ему человеческое тело. Насколько я понимаю, Жизнь [12] не может этого сделать без вашего согласия.
Древний мельком глянул на Двухмерного и кивнул.
— Верно.
— Так вот, — перешёл я к делу, — моих заслуг достаточно для того, чтобы вы позволили это сделать? Если я правильно понимаю, его душа привязана к миру Садов Эдема, и вы можете снять эту привязку. Тогда Божество Жизни [12] сможет восстановить его тело.
Тысячеглазый глянул на меня с прищуром, потом перевёл взгляд на Колохари. Часть его глаз прикрылась.
Все глаза Древнего снова открылись.
— Понятно, — произнёс Тысячеглазый, глядя на Аталанту. — Орден Колохари продолжает действовать даже несмотря на то, что живых участников почти не осталось… Даже новые лица появились.
Древний повернулся ко мне.
— Хорошо, адепт Довлатов. Ваших деяний во благо Унии достаточно для снятия с Руана Колохари наложенных ограничений. Вы согласны с таким решением?
Древний посмотрел на Колохари.
— Да-а-а, — неуверенно произнёс профессор. — Погодите… Я думал, что моя нынешняя призрачная форма это наказание. Мой ранг, бессмертие, привязанность к одному миру…
— Так и есть, — ответил Тысячеглазый, не моргнув и глазом. — Тогда, одиннадцать тысяч лет назад… Если бы обстоятельства были чуть иными, вы бы не пережили нашей с вами встречи. Однако обнаруженная вами лазейка оказалась… Интересной. Благодаря вам мы её выявили и прикрыли… Начнём, пожалуй.
Древний щёлкнул пальцами, и Колохари застыл как статуя.
— Жизнь [12]! Остальное за вами, — Тысячеглазый глянул в сторону экрана. — Для данной процедуры моё согласие больше не требуется.
Сказав это, Тысячеглазый шагнул в сторону и исчез.
— Ну вот, опять! — я вытянул руки и указал на место, где только что стоял Древний. — Леди Силла! Вы хоть что-нибудь почувствовали?
Аталанта подошла поближе.
— Нет. Он не разрывал ткань пространства… И не прокладывал тоннель. Надо будет изучить этот феномен.
— Может, об этом и говорил «Двухмерный», — хмыкнул Габриэль. — О том, что Древние перемещаются через слой пространства, пролегающий ниже Междумирья?
— Теоретически такое и впрямь возможно, — Силла задумалась. — Учитывая, что у них есть свободный доступ к Стене… Всё возможно.
Тем временем замерший Колохари вдруг превратился в ярчайший сгусток света. Пришлось прикрыть глаза рукой:
— Ну вот, опять! — произнёс я недовольно. — Народ! Не надо ничего делать. Я такое уже видел. Для Колохари сейчас создают тело. Через пару минут с ним всё будет в порядке.
Каладрис взглянул на светящийся сгусток, потом на меня… И улыбнулся. Только он и понял, что именно я задумал.
— Учитель!– Леди Серебряная Луна зашмыгала носом. — Вы вот-вот получите свободу. Спасибо тебе, Довлатов! Во времена Ордена мы чего только не пробовали, чтобы его спасти, и вот…
— Ага, — с негодованием смотрю на сгусток света. — Всего-то и нужно было, что внести значительный вклад в борьбе Унии с Великой Жатвой.
Пока я это говорил, надпись на экране вдруг изменилась:
