Циолковский насупился и вышел в первый ряд. Причём одет в непонятную латную броню серого цвета, с кольчугой под ней и пафосными браслетами-когтями. Чтобы ЭТО развидеть, мне пришлось на секунду прикрыть лицо руками.
— Сколько?
— Двадцать тысяч коинов, — Циолковский, щёлкнув браслетом, продемонстрировал выдвинувшиеся когти. — Босс, ну круто же?
Отвернувшись, Томагавк хрюкнул, сдерживая смех. Дандала и Хекс скромно улыбнулись. У меня от таких растрат аж глаз задёргался.
— Проехали, — махнув рукой, смотрю на остальных членов команды. — Итого нас двадцать три, включая Хекс.
То, что тридцать человек не наберётся, я понимал с самого начала. Месяц назад у едва оперившихся Первопроходцев сразу же появились новые знакомства — клубы, профессиональные сообщества, друзья друзей. В общем, уже хорошо, что под флагом Довлатов-чви собралось больше двадцати Первопроходцев.
Добавив ребят в свою команду, открываю интерфейса ДОПа. В нём указываю, что хочу отправиться покорять второй этаж Стены. Как и предупреждали в Сети, список вариантов сразу сократился до трёх — средний срок, короткий, и долгий. Все задания в одном и том же мире, но с разными наградами и сложностью.
Я внимательно прочитал куцее описание. Подробностей интерфейс ДОПа специально не даёт. Много информации — это тоже плохо. Первопроходцы будут долго принимать решение и сомневаться. Так-с… Видимо, итоговая награда определяется судьёй-наблюдателем.
Если приглядеться к названиям заданий, видно, что все группы Первопроходцев выполняют одну большую задачу. Кто-то очень умный разделил её на части: собрать ресурсы для строительства, построить лагерь и
— Кэп? — Томагавк с укором поглядывает на меня. — Конечно, ты выберешь третий вариант… И всё равно я пойду за тобой. Но ты уверен?
— Конечно, уверен!
*Блык*
Всю мою команду в двадцать три первопроходца перенесло на странную упругую поверхность. Над нами светят сразу два местных светила. Воздух на первый взгляд пригоден для дыхания. Однако первым моим приказом стало:
— Плетение «Маска»! Всем бойцам без исключения. Напитайте её Властью. Никакие микрочастицы не должны проникнуть под неё.
Барбадон, нахмурившись, вдруг задумчиво произнёс.
— Довлатов-чви, здесь духи природы какие-то злые. Говорят, но не слушают меня.
Оглянувшись по сторонам, я сначала даже не понял, где мы очутились. На первый взгляд мы на вершине дерева с толстенными грибовидными листьями. Привычной глазу пышной кроны тут нет и в помине. Рядом с точкой высадки виднеются руины — жилой дом, этажей под двадцать. Одна из ветвей древесного исполина пронзила здание насквозь. Затем, видимо, в процессе роста подняла строение на верхушку выросшего грибного древа.
