Едва богомол отпустил древко копья, как я тут же его парализовал. «Паралич» целители, вообще-то, применяют не для боя, а в целях обезболивания раны пациента. Но боевые целители, вроде меня, это уже совсем другой расклад.
Аккуратно вытаскиваю шипастую руку федерала из открытой раны в грудной клетке богомола. Затем провожу экспресс-лечение, к какому привык в полевых госпиталях. Во время «войны за веру» я тысячи подобных ранений исцелил.
Срастить сосуды, раздробленные кости, очистить ткани от следов инфекции и многое другое. Аж целых шесть минут пришлось возиться с магистром-богомолом. Под конец погружаю бедолагу в «целебный сон».
Аарон всё это время напряжённо наблюдал за тем, как девушка-целитель латает стрелка-учителя [3]. Малдера она отпустила, сосредоточившись на лечении.
Вытащив копьё из раны, быстро привожу Аарона в порядок. Разорванную артерию несложно залечить. Проходя мимо, накладываю на крокодила несколько мощных плетений регенеративного типа — с ожогами его будет сложно перевозить. Магистр-гидромант жив и минут через десять придёт в себя. Добавляю сверху «целебный сон». Никому из нас не нужна вторая схватка.
Девушка-целитель хлопочет над пациентом. Так что я сразу перехожу к делу.
— Комаров, — кивком указываю на чемодан-сундук. — В каком он состоянии?
— Живой, цел… насколько это возможно, — недовольно буркнула девица. — Я его еле успела достать из пожара в маяке, когда вы там с Пепе сцепились.
— Цель задания? — спрашиваю, ибо мне правда интересно.
Целительница в ответ молчит, напряженно сопя над пациентом.
— Ладно, узнаем по-другому, — повернувшись к Аарону, указываю на девицу. — Фостерс, вопрос по твоей части. Два магистра, один учитель, целитель-ветеран, минимум один двойник-ментат, плюс скрывшийся водитель. Как думаешь, кто они?
— Разведка, кто же ещё, — федерал хмурится. — Группа особого назначения для быстрого внедрения и выполнения оперативных задач. Это не глубокое внедрение. Сроки маловаты. И не сбор информации. Сборка группы у них не та. Тут, скорее, миссия рейдового характера. Причём группа довольно сильная, учитывая наличие аж двух магистров.
Снова поворачиваюсь к девице.
— Мне нужен был консул Комаров, а не ваша банда… или группа. Называйте себя, как хотите, — из меня вырвался смешок.– Ей-богу, цирк какой-то! Прихожу в консульство, а там ваш человек. В общем, леди, поступим следующим образом.
Указываю на себя, Фостерса и притихшего Фокса.
— О том, что здесь произошло, знают пока только трое, — перевожу взгляд на девицу, начавшую, наконец, слушать. — Леди… Я. Вас. Отпущу. Просто так. Вы чтите Кодекс Целителя, и это дорогого стоит. Свяжитесь со своим начальством. Пусть организуют обмен ценными пленными через канал спецслужб. Двойник с магистром-богомолом будут задержаны агентом нацбезопасности Аквитании за моей спиной. Ваш второй коллега… Честер, кажется? Вы его так в маяке назвали.
Указываю на лужу неподалёку, где лежит обездвиженный магистр-крокодил.
— … И текущий пациент, — кивком указываю на учителя-стрелка [3], — пойдут как военнопленные Российской Империи. Если без допроса, то курс обмена три к одному. Если не получим ответа в течение четырёх часов, то курс снизится до одного к одному. Это лучшее, что я могу вам предложить, как проигравшей стороне.
Целительница нахмурилась, отвела взгляд… До крови сжала кулаки. Возможно, сейчас ей придётся принять сложнейшее решение в её жизни. К разведке какой бы страны она ни относилась, провал — это провал. Сейчас я предлагаю её начальству фактически откупиться. Если делать всё то же самое через министерство обороны или ФСБ, заслуги припишут паркетным генералам. А эти плюшки я хочу себе!
— Ты целитель? — спросила она внезапно. — То плетение, которым ты Пепе… богомолу рёбра выправлял. Я такого раньше не видала ни разу.
Вытянув вперёд руку, создаю весьма массивное плетение учительского ранга.
— «Паутина Елизарова». Сначала фиксируешь основу на крепких уцелевших костях тела пациента, — моё плетение частично меняет цвет, будто внутри него пророс каркас. — Так получается твоя полевая операционная. Затем за счёт нитей внутри зоны восстановления собираешь раздробленные кости в единую структуру. Накладываешь сверху «Костоправ», регенерацию… Да чего я рассказываю. Сама знаешь, как дальше лечатся такие травмы.
Девушка взглянула на меня с откровенным удивлением.
— Но ты… ты же не целитель? Цвет ауры другой.
