— ТРУС! — дракон-целитель, рыча от гнева, надвигался на техноманта. — Сражайся! Сражайся, как подобает полубогу-техноманту, а не этому ржавому корыту!
Удар хвоста оборвал метаморфозы у кентавра. Механикуса снова отбросило чёрт знает куда… Дыхание Дракона… Выдранная под корень механическая рука… Почти сотня Молний, выпущенных разом…
Механикус не успевает восстановить рану на плече, как Довлатов поливает её «Кислотными брызгами». Техномант, болезненно морщась, делает шаг назад… Наступает в «Волчью Яму» и тут же лишается задней ноги из-за «Горного Молота», ударившего в бок.
Мгновение… Асклепий сам не понял, что произошло. Вот стойка Механикуса резко изменилась. Довлатов швырнул в техноманта поистине редкое плетение «Сотворение мира». Оно уже в полёте начало собираться в многометровый шар из обломков металла и грязи, грозя похоронить под собой Механикуса. Эта атака могла поставить точку в затянувшемся сражении.
Кентавр взревел! Создал себе ещё две пары летающих рук. Выставил перед собой все четыре ладони и шарахнул из них «Ускорителем» — нейтральной боевой техникой. В исполнении полубога-техноманта эта атака ничем не уступала гаус-орудию. Снаряд прошил насквозь шар «Сотворение мира», пробив крыло Довлатова.
Дракон-целитель вдруг припал к земле, словно змея, готовящаяся к броску. Накрывшись «Хамелеоном», Довлатов отполз в сторонку, упёрся лапами в землю и, уставившись на Механикуса, выстрелил «Пушкой Света».
Громыхнуло… Точнее, ГРОМЫХНУЛО так, что небу стало жарко.
— Чёртово чудовище! — Асклепий чертыхнулся, едва не упав с забора, на котором сидел всё это время. — Откуда тебе вообще известны плетения абсолютов [7]?
Зарево из ярчайшего света поглотило Механикуса, перепахало поле и смело полгорода за ним. Находящийся неподалёку лес спалило за долю секунды. Гора вдали походила на вулкан… Раскалённая каменная порода стекала по его краям.
Довлатов, рыча и довольно скалясь, снова накрылся «Хамелеоном» и резво отполз в сторонку. Когда дым развеялся, Асклепий увидел Механикуса, пустившего в дело свой аспект. Гигантская черепаха-техномант походила на ходячую крепость. Над ней парило два сложнейших артефакта высших механоидов — кольцо вооружения и кольцо-сканер.
Вторым Механикус засёк Довлатова, скрывающегося под маскировкой. Затем первым кольцом открыл огонь артефактным боекомплектом с разными стихиями.
Сама черепаха в тот же миг выпустила шесть Семян Духов-сателлитов — три летающие ударные пушки и три мобильных щита. Но будто и этого было мало… Аспект Механикуса разинул пасть и, словно Годзилла, ударил плазменным лучом.
Солидный участок поля перепахало сотнями взрывов из-за ковровой бомбардировки. Воздух трещал от напряжения и разлитой в нём мощи! Оставшуюся часть города разнесло ко всем чертям.
Плазменный луч Механикуса прошил насквозь облако дыма и обломков… Целителя там не было.
Довлатов нырнул под землю и уже оттуда снова ударил «Пушкой Света», испаряя солидный кусок земли под черепахой.
Яркий луч света ударил в небо, оставив после себя солидных размеров кратер.
Половину летающих Семян Духа снесло, кольца уцелели, но подгоревшего Механикуса перевернуло набок. Кентавру-техноманту пришлось срочно отменить действие аспекта, дабы следующий удар снова не угодил в незащищённое брюхо черепахи.
Вот показались четыре ноги кентавра-техноманта, увитые синтетическими мышцами… Пара летающих рук. От ржавой «рабочей лошадки» с начала схватки не осталось и следа.
Едва Механикус принял свой нормальный облик, как кулак целителя врезался ему в челюсть.
— Очнулся? — подгоревший Довлатов в своём человеческом обличье стоял рядом с техномантом. — Помнится, при нашей первой встрече ты также получил по морде.
— Ах ты! — Механикус схватился за отбитую челюсть. — Чтоб я ещё раз сел с вами покурить…
Не договорив, кентавр вдруг снова начал изменяться. Вторая летающая пара рук втянулась в тело, лицо стало бесстрастным. Сам Механикус замер на месте как вкопанный. Прошло десять секунд… Ничего не изменилось. Асклепий уже видел такое за годы дружбы. «Спящий режим» — так сам Механикус описывал своё состояние в подобные моменты.
Довлатов, создав «Ступень» перед техномантом, встал на неё… Помахал рукой у того перед глазами.
— Отключился, — целитель усмехнулся. — Сознание пошло на перезагрузку.
В следующую секунду мир сновидений начал стремительно сжиматься.
…
Асклепий открыл глаза, сидя на диване в своих гостевых апартаментах. Голова раскалывалась от боли.
