Последняя подозрительная активность с участившимися смертями касалась дома престарелых. Обычного, а не для одарённых пациентов. Из тысяч и тысяч похожих зацепок это место выделилось лишь одним — торговец информацией не мог вспомнить описание одного из докторов. Не «не захотел», а именно что «не смог».
Позади остался пригород Мехиандро. До нужного мне дома престарелых бежать ещё три километра. Перебираю ногами, вдыхаю свежий воздух, на душе спокойно. И тут вдруг слышу голос в голове.
Основатель… Совсем не так я представлял нашу возможную встречу. Как и у Аталанты, его «Территория» была практически не ощутима. Я видел мир одними глазами и ощущал чувством пространства всё иначе. Чувства жизни и святой силы давали дополнительную возможность отличить сон от яви.
До дома престарелых осталось ещё три километра. Уже отсюда я чувствовал лёгкое давление на разум. «Территория», на которую я ступил, подменяла сами ощущения. Причём речь не только о глазах. Обоняние, осязание, вкус и даже звуки — Основатель своим даром рода гармонично воздействовал на всё сразу.
Асфальт казался чистым и чуть ли не вымытым. Трава недавно скошенной, отчего в воздухе витали травянистые ароматы. В противовес им чувство пространства бастовало! Вдоль дороги всё заросло травой. А чувство жизни намекало, что её давно не стригли и никаких запахов тут нет. Реальный мир подменялся чьим-то сном наяву.
Ещё раз проверив, скрыта ли аура одарённого, я продолжил двигаться к дому престарелых. Давление на разум постепенно нарастало. Стало чудиться, что это чувство пространства меня подводит, а реальный мир — это и есть показываемый мне сон.
Остановившись, я наложил на себя «Консервацию» — одно из выученных мной плетений на основе святой силы. Оно защищает разум навеянных извне изменений как положительного, так и отрицательного характера. Аналог техники «Фокус» у одарённых, только без отключения эмоций.
Мне стало дурно… Навеянный сон всё больше казался явью. Основатель не применял грубое воздействие на разум. Он действовал куда тоньше, подменяя саму реальность. Совместил «Территорию» — область максимального воздействия силы одарённого — с даром рода, создающим коллективный сон. Будь я азиатом, сказал бы, что это
Когда до дома престарелых оставалось метров двести, я наконец увидел первых местных постояльцев. Первым был совсем уж дряхлый старик, походивший на высохшую спичку. Идя с улыбкой на лице, он держал спину ровно. Его под локоток сопровождала едва-едва видимая призрачная дама. Даже не дух, а смутный образ, с трудом уловимой комбинацией зрения одарённого и чувством пространства. Старик гордо улыбался, будто вот прямо сейчас показывал миру свою красивую жену. Смотрел по сторонам, кивал невидимым знакомым… Он грезил наяву, вообще не замечая моего существования.
Чуть дальше старушка с кривой спиной размахивала руками, словно дирижёр, стоящий на трибуне. Судя по воодушевлению на её лице, вверенный ей невидимый оркестр идеально справлялся с игрой на музыкальных инструментах.